Блогосфера

Как самиздат подрывал устои

Ко времени Первого съезда народных депутатов СССР в Советском Союзе одна за другой создавались нелегальные газеты, остро критиковавшие КПСС и порядки в стране.

13:15, 19.05.2017 // Росбалт, Блогосфера

Фото из архива Аллы Ярошинской.

Май сего года знаменуется некруглой датой самого судьбоносного события в истории канувшего в Лету Советского Союза — 28 лет со дня Первого съезда народных депутатов СССР. Одним из главных двигателей сгорания КПСС, а затем и всей могучей коммунистической империи стал в то время так называемый самиздат. Сотни самодельных газет и журналов, выходящих тогда нелегально по всему периметру европейской части СССР, ускорили ход не только советской истории, но и, по факту, всей мировой. Однако сегодня о тех предвестниках свободной печати почти никто не вспоминает. Из старшего поколения. А молодое — и вообще понятия о них не имеет. Этот феномен первых свободных изданий, еще до принятия Закона о печати в СССР, ждет своих исследователей и соискателей кандидатских и докторских.

Наша житомирская самиздатовская газета называлась «Стенограмма». Ее идея возникла у нас с коллегой журналистом Яковом Зайко (погиб, убегая от атаки «Беркута» на киевском Майдане в 2014 году, посмертно Герой Украины) после моих критических публикаций в 1987 г. в адрес партийной власти на нашей периферии в смелой по тем временам газете «Известия». В стране шел второй год горбачевской перестройки и «нового мышления». В Москве что-то там шумело, но о наш славный украинский городок Житомир разбивались совсем другие волны: имитации и флюгерной подстройки к переменам местными неприкасаемыми партийными божками.

А народ тем временем жаждал свободы и уже собирался без всяких на то разрешений свыше на полулегальные политические «посиделки» в Домах культуры и народного творчества. Обсуждали в основном громкие публикации в центральных изданиях. Например, «Авансы и долги» Шмелева в «Новом мире», обнажающие тогдашние проблемы статьи Геннадия Лисичкина, Лидии Графовой, Юрия Щекочихина, Владимира Надеина и других известных «прорабов» перестройки в Москве. Однако в провинции были свои проблемы, о которых местная печать, разумеется, не писала, прикрывая боссов из обкомов партии. А выпускать открыто полнокровную газету, не зависимую от КПСС, в то время было все еще невозможно. На Украине и в 1987 году продолжались процессы посадок неблагонадежных.

Но мы решились. «Стенограмма» — типичный самиздатовский листок, узкая полоска бумаги, складывающаяся в гармошку, отпечатанная на ризографе. Когда меня избрали народным депутатом СССР, на ее последней странице мы стали указывать, что газета является органом «депутатской группы А. А. Ярошинской». Она выпускалась тиражом 100 экземпляров (не сто тысяч, а именно сто экземпляров!). Против 100 000-120 000 полноформатной партийной областной «Радянської Житомирщини» она имела прямо-таки бешеный успех. В ней печатались острокритические материалы, как на политические темы, так и о ситуации в пораженных чернобыльской радиацией северных районах области. Главной задачей на тот момент была гласность. Люди, которые остались жить на загрязненных территориях, оказались в полной информационной блокаде — вплоть до Первого съезда депутатов никто в стране и мире о них, об их страданиях, болезнях, смертях не знал, следовательно, не мог помочь. Только наша «Стенограмма» в те годы печатала письма людей из чернобыльского ГУЛАГа. Каждый ее номер передавался из рук в руки, зачитывался в буквальном смысле до дыр, превращаясь в бумажное отрепье.

Сто драгоценных экземпляров самодельной нелегальной газеты печаталось вначале в строжайшем секрете на житомирском ПО «Промавтоматика». Позже, чтобы не «подставлять» отдел, где это происходило — там был проведен гэбистский «шмон», и наши соратники пребывали под «колпаком», — газета печаталась в неприметной организации. За ночь именно сто экземпляров и удавалось получить. Моей же задачей было отчасти журналистское и техническое обеспечение этого совершенно секретного предприятия. «Адский» агрегат, на котором продуцировалась «убойная» по своей политической детонации «Стенограмма», работал на лентах для печатных машинок. Каждый раз этих кассет с лентами требовалось не менее двадцати. В Житомире и в Киеве они были в полном дефиците. И я моталась за ними в Москву — 18 часов на поезде в дешевом плацкартном вагоне туда, потом бегом в магазин канцелярских товаров на Дорогомиловской улице (благо, он был почти напротив Киевского вокзала в Москве), и столько же — обратно.

В моем архиве хранятся десятки самиздатовских газет и журналов того времени перемен и надежд — из разных республик бывшего СССР. В основном, конечно, они выпускались нелегально на европейской части страны. (Не помню образцов подобной продукции из Таджикской, Узбекской или Киргизской советских социалистических республик.) Каждая такая газета — это горячая летопись народной борьбы за право быть частью открытого мира, без опостылевшего за 70 лет коммунистического мракобесия, лживых идеологических штампов и указивок, как всем жить и работать. (Над этим по всему СССР пыхтели миллионы компартийных секретарей — освобожденных, на зарплате и не освобожденных — волонтеров, зачастую — поневоле. Ведь отказаться рядовому коммунисту от подобной «чести» было чревато неприятностями.)

Впереди всех в перестроечную оттепель бежал, конечно, прибалтийский самиздат. В моем архиве сохранилось несколько зачитанных номеров газеты «Atgimimas» («Возрождение») в русском переводе. Это был «Информационный бюллетень Литовского движения за перестройку», то есть «Саюдиса». (Разбирая эти газеты, я обнаружила записку, прикрепленную к одной из них и адресованную мне (на украинском языке): «Алла, для получения следующих номеров из этого источника перечислите 4 руб. 50 коп. на известный Вам адрес. Василь Капкан». Автор записки был организатором украинской общины в Литве.)

Вот в номере за 15 ноября 1988 г. бюллетень «Саюдиса» печатает проект новой Конституции Литовской ССР, подготовленный рабочей группой при Президиуме ВС республики. Понимаете, проект новой Конституции именно Литовской ССР, а не независимой Литвы. То есть еще и в 1988 г. литовский официоз особо не «трепыхался». В статье 6 проекта прямо сказано: «Коммунистическая партия Литвы служит народу и сплачивает общество на строительство социализма». А в статье 10 указывается, что «основа экономической системы Литовской ССР — социалистическая собственность на средства производства…» О другом, по крайней мере, на бумаге тогда еще не помышляли.

Однако в проекте новой Конституции уже были заложены более широкие политические права. Статья 48 гласила: «Гражданам предоставляется право собирать и распространять информацию по всем вопросам…». Народу также гарантировалось право «объединяться в общественные организации для осуществления своих политических, экономических, экологических» и других интересов. По-новому также предлагалось проводить выборы депутатов, дававшие шанс всем. Вот это по тем временам было неслыханной крамолой.

Замечу, что тогда же, 16 ноября 1988 г., ВС Эстонской ССР уже провозгласил свою Декларацию о суверенитете, указав в ней, что «дальнейшее развитие Эстонии должно происходить в условиях суверенитета» и что «дальнейший статус республики в составе СССР должен быть определен Союзным договором». Еще раз акцентирую — это был 1988 год, в СССР еще не только не прошли новые выборы, но даже и не было нового закона о них по либеральным правилам. А Эстония уже заявила о суверенитете, самоопределении и новом (особом) Союзном договоре. Об этом тоже писал литовский самиздат «Возрождение», вдохновляя свою власть примером более радикальных соседей.

С новой силой самиздатовская печать активизировалась после горбачевских выборов народных депутатов СССР и Первого съезда. Даже в тихой и безмятежной республике Белоруссии, в Минске стал подпольно выходить информационный бюллетень «Факт». Вверху вместо привычного советским людям «Пролетарии всех стран, объединяетесь!» выделялся призыв «За нашу и вашу свободу». Бюллетень состоял из одного листка размером А-4 и, похоже, печатался (как и наша «Стенограмма», на ризографе). В выходных данных прямо на первой странице указано: «Независимая редакция». И ее место нахождения: «220082 Минск, ул. Жудро, д. 12, кв. 68, тел. 534-689. Гуревич Михаил Маркович». Смелым, однако, человеком был этот Гуревич. (Интересно было бы проследить его судьбу.) Газета занималась в основном перепечатками из таких же самиздатов или «продвинутых» изданий из Прибалтики. Например, в номере 7 от 1989 года почти обе стороны листка «забиты» интервью популярного тогда следователя и нардепа СССР Тельмана Гдляна. Источником указана «Советская молодежь», газета ЦК ВЛКСМ Латвии. Тогда это комсомольское издание было, пожалуй, самое смелое на периферии страны.

Похожий листок «Северянин» издавался также и в Якутии, именуя себя «Изданием союза клуба избирателей». В номере 3 от 1989 года газета публикует поздравление: «С днем Рождения, народный фронт Якутии!» Здесь же карикатура неизвестного художника: кованый сапог занесен над картой СССР, на его подошве написано: «Конституция. Статья 6». На голенище приветственные вскидывания рук — от Ленина до Лигачева. Почти вся первая страница посвящена острейшей критике якутского партийного руководства и его неприглядной роли в местных выборах. Резюме: «Ничего удивительного нет, ибо мы знаем, что история КПСС представляет собой сборник утонченного обмана собственного народа». Окраины империи вносили свой посильный вклад в уничтожение этой Медузы Горгоны.

В одном ряду предвестников конца 1980-х стоят и самиздатовские «фронтовые» газеты — Ленинградского народного фронта «Северо-Запад», Московского — «Гражданский референдум», «Вестник» народного фронта Эстонии, «Предтеча» конфедерации анархистов Украины, «Набат» конфедерации анархо-синдикалистов, широко известная московская «Экспресс-Хроника» Александра Подрабинека и «Наше дело» Александра Федоровского, «Свободное слово» партии «Демократический Союз», «Позиция» общественного Фонда «Содружество» и сотни других изданий в больших и малых городах СССР.

Граждане вздыбленной перестройкой и «новым мышлением» страны выискивали малейшие возможности для выпуска свободных изданий. Сегодня трудно представить, но в то время даже первой в СССР оппозиционной Межрегиональной депутатской группе (МДГ) так и не удалось добиться своей официальной газеты. Михаил Горбачев, подстрекаемый такими «друзьями» народа, как Анатолий Лукьянов, глава ВС СССР, не решился дать оппозиции такую вольность. Выход из положения был найден: свои страницы для неразрешенной газеты МДГ «Народный депутат» предоставила многотиражка «Советский физик», орган парткома, дирекции, профсоюза и комитета ВЛКСМ Института атомной энергии имени Курчатова. Так «Советский физик» стал на время «Народным депутатом».

Перестроечный самиздат явился предтечей вполне легальных газет на закате СССР. Журналисты и просто обеспокоенные граждане, выпускающие полуподпольные издания, вольно или невольно расшатывали и подрывали устои Системы. Пахали, удобряли и готовили почву для следующего этапа свободы — регистрации на законных основаниях новых демократических изданий по всему СССР. Именно самиздатовская нелегальная, а затем свободная печать сыграла едва ли не главную роль могильщика КПСС, и косвенно — всего Союза нерушимых республик.

Алла Ярошинская

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

Статьи

Новости

Все новости^

Погода

Москва: -1..+3, малооблачно
Санкт-Петербург: -1..+3