eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Бизнес

«Основные риски — после 2018 года»

Власти достаточно четко усвоили, что для россиян наличие кризиса ассоциируется с тем, что происходит с рублем, отмечает экономист Игорь Николаев.

19:39, 11.05.2017 // Росбалт, Бизнес

Фото ИА «Росбалт»

Судя по всему, надеждам российского руководства на существенный рост цен на нефть, а значит и на оживление национальной экономики, в этом году сбыться не дано. Впрочем, не исключено, что и в последующие годы рассчитывать на это не стоит. Вот уже несколько дней цены на нефть находятся на отметке меньше 50 долларов за баррель и похоже, что это не предел их снижения. В первую очередь, на этот тренд влияет активная нефтяная политика президента США Дональда Трампа, который, выполняя одно из своих предвыборных обещаний, отменил прежние запреты на добычу традиционной нефти, действовавшие в стране многие годы. Кроме того Трамп активно поощряет добычу сланцевой нефти и экспорт сырья и нефтепродуктов в Китай. Недавно США заключили долговременный договор с правительством КНР о поставках в эту страну американской нефти.

Еще один фактор, который неизбежно будет влиять на снижение мировых нефтяных цен, это то, что достигнутая с таким трудом в конце прошлого года договоренность стран ОПЕК и 11 других крупных нефтедобывающих государств, не входящих в картель, включая Россию, о сокращении добычи, судя по всему не выполняется и в условиях активной американской нефтяной политики, скорее всего, и не будет выполняться. Этому способствует несколько причин. Первая, это то, что в последние годы Штаты, еще до снятия всех запретов на добычу собственной нефти, периодически оказывались мировым лидером в ее экспорте, обгоняя по этому показателю и Саудовскую Аравию, и Россию. А уж после снятия этих запретов США с их технологиями могут оставить своих конкурентов далеко позади.

Вторая причина состоит в стремлении обладателя крупнейших мировых нефтяных запасов — Саудовской Аравии — составить американцам конкуренцию в Китае. Но, иначе как демпингуя, они сделать этого не могут. Третья состоит в желании второго по запасам углеводородов государства в мире — Ирана — серьезно увеличить производство и экспорт своей нефти после отмены международных санкций в отношении этой страны.

О том, что будет на фоне всех этих событий происходить с ценами на нефть и как это отразится на российской национальной валюте и экономике в целом, в интервью «Росбалту» рассказал директор Института стратегического анализа Игорь Николаев.

— Каков ваш прогноз по поводу цен на нефть в этом году?

 — Мой прогноз на этот год — цена на нефть останется в диапазоне 40-50 долларов за баррель, но к концу года будет ближе к 40 долларам. Главным фактором здесь все-таки остается сланцевая нефть. Он, как и следовало ожидать, дал себя знать спустя несколько месяцев после того, как тенденция к росту числа буровых установок четко обозначилась.

Что касается соглашения по ограничению добычи, то уже по примеру первой попытки такого рода стало понятно, что эффект от нее может быть только ограниченным и действовать непродолжительное время. Даже если это соглашение будет продлено, примерно так все будет идти и дальше.

— Как скажутся низкие цены на нефть на российской экономике?

 — Тут ничего оригинального нет. Экономика (и в особенности бюджет) по-прежнему критично зависят от цен на нефть. Другое дело, что у нас в федеральном бюджете на текущий год была заложена цена 40 долларов за баррель. Получается, что на такой уровень мы и выйдем. Но это означает, что появившиеся надежды на то, что Резервный фонд не будет исчерпан, поскольку цены на нефть будут выше заложенных в бюджете, не оправдаются. Это значит, что Резервного фонда не будет, дефицит бюджета по-прежнему значительный.

Впрочем, в этом, да и 2018 году больших рисков нет. Основные риски — после 2018 года, когда начнем тратить Фонд национального благосостояния. А тратить его мы будем, в том числе, потому, что в 2018 году у нас президентские выборы. То есть не только цены на нефть, но и политический фактор тоже будет иметь значение.

— Есть ли в современной России другие серьезные ресурсы для поддержания сносного уровня жизни граждан, кроме экспорта углеводородов?

 — Чудес не бывает. Реально — нет. По одной простой причине. Экономика перекошена на экспорт сырья и проблема в том, что быстро исправить этот структурный перекос невозможно. Чисто технологически на это требуется время. Кроме того, надо учитывать, что сырьевая направленность — лишь одна из диспропорций российской экономики. Есть еще внешние негативные факторы. Цены на нефть — один из них.

Есть еще и санкционное противостояние. Санкции и котрсанкции никак не придают динамизма нашей экономике. Даже при проведении нормальных структурных реформ, при решении проблем санкционного противостояния, при наличии низких цен на нефть мы обречены на этот непростой период.

— Не так давно президент Владимир Путин говорил, что санкции не сильно повлияли на экономику России. Согласны вы с такой оценкой?

 — Нет, я с этим не согласен. Мы сами считали, и по нашим оценкам цена санкций 1-1,5% ВВП. Напомню осеннюю историю с выходом России из соглашения по утилизации оружейного плутония. Как известно, одним из условий, чтобы мы вновь вернулись к выполнению этого соглашения, была заявлена компенсация вреда не только от антироссийских санкций, но и от наших контрсанкций. То есть мы сами признали, что вред от санкций есть.

Но самое печальное, что необходимые структурные реформы не будут достаточными, пока санкционное противостояние продолжается. Проблема состоит не только в прямом ущербе от санкций в виде ограничения доступа к финансированию, а в том, что эффективность наших реформ в этих условиях значительно меньше. Поэтому мечтать о том, что темпы роста у нас будут выше мировых, а такая задача поставлена, можно, но этого не случится.

— Что будет с рублем? Насколько вероятно очередное падение его курса по отношению к основным валютам в этом году, с учетом того, что даже в российском правительстве имеются лоббисты, которым не нравится слишком крепкий рубль?

 — Я думаю, что в этом году и вообще до президентских выборов рубль вряд ли сильно упадет. Политический фактор имеет и здесь значение. Власти достаточно четко усвоили, что для россиян кризис ассоциируется с тем, что происходит с рублем: рубль падает — кризис есть, рубль стабилен — кризиса нет.

Собственно, почему проводится политика девалютизации банковских активов? Именно потому, что рубль должен укрепляться, а население радоваться, что кризиса нет. Хотя на самом деле это, конечно, не так. Поэтому мой прогноз: рубль до конца года ослабнет, но не критично, где-то до 65-70 рублей за доллар.

— Поможет ли такое ослабление национальной валюты российской экономике, как это было, например, в 1999 году?

 — Нет, сейчас ситуация уже другая. Масштаб ослабления рубля должен быть совершенно другим и при других внешних условиях. Иное дело, что это чуть смягчит положение, потому что сейчас рубль действительно явно переукреплен. То есть чуть-чуть поможет, но не больше того.

Беседовал Александр Желенин

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

По теме

Статьи

Новости

Все новости

Погода

Москва: +1..+2
Санкт-Петербург: -1..+1, облачно