eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Бизнес

«Климатические» риски для российских энергокомпаний

Делегация РФ на переговорах по механизмам реализации Парижского соглашения отстаивает право нашей страны на получение доходов от рыночных инструментов нового договора.

14:51, 16.11.2017 // Росбалт, Бизнес

СС0

С 6 по 17 ноября в Бонне проходит 23-я конференция ООН по изменению климата. В ходе этого события 25 000 делегатов из 190 стран обсуждают план реализации Парижского климатического соглашения, призванного остановить глобальное потепление на уровне 1,5 — 2 градусов. Среди стран, подписавших Соглашение, оказалась и Россия, однако нашей страной документ пока не ратифицирован. Какова позиция российской стороны на сегодняшний день, как выход США из соглашения повлияет на ход его реализации и возможен ли мир без углеродов? Об этом в интервью «Нефтянке» рассказал руководитель Центра экологии и развития Института Европы РАН, участник переговоров ООН по климату и Парижскому соглашению Сергей Рогинко.

— Основная повестка мероприятия — разработка правил реализации Парижского соглашения. Что важного в связи с этим вы можете отметить на конференции в Бонне?

 — Спасибо за вопрос, понятно, что аудиторию портала «Нефтянка» он волнует. Ведь именно бизнесу российских нефтяных компаний Парижское соглашение по климату угрожает в первую очередь, провоцируя для них колоссальные финансовые убытки. Не исключено, что из-за Парижского соглашения само существование этих компаний окажется под вопросом в самые ближайшие годы.

Чем интересна проходящая конференция? Помимо участия многочисленных медийных «звезд», среди которых Леонардо ди Каприо, Мадонна, Арнольд Шварценеггер и др., так называемых «прорывных» новостей не ожидается. На конференции идет работа по формированию правил, процедур и модальностей Парижского соглашения, которое без них пока не является сколько-нибудь работоспособным документом. Т.е. разрабатываются не слишком интересные широкой публике детали, но, как известно, дьявол может скрываться именно в них. Или не скрываться — все зависит от наличия или отсутствия опытных «экзорцистов» в составе делегаций, и в первую очередь — нашей. Детали касаются чувствительных для нашей страны вещей — например, режима соблюдения обязательств и дальнейшего «повышения амбициозности», т. е. принятия повышенных обязательств, режимов отчетности и транспарентности, мер по адаптации к изменению климата. Или новых рыночных механизмов Соглашения, в рамках которых те же нефтяные компании могут зарабатывать на продаже сокращений выбросов — также как они это делали во времена Киотского протокола.

Работа по деталям, по идее, должна закончиться к концу 2018 года, и на намеченной на это время конференции в Польше все это будет уже окончательно одобрено. Хотя не факт, что сроки удастся выдержать: уже первая неделя переговоров показала, что стороны не очень хотят сближать свои позиции. А значит — процесс может затянуться еще на год или два.

— Какую позицию представляет Россия в Бонне?

 — После выхода из Парижского соглашения США, объявленного в июне президентом Трампом, Россия некоторое время стояла перед выбором: присоединиться к Трампу или не делать этого. Однако ситуация последних лет подтвердила, что никаких перспектив у нашего сотрудничества с США попросту нет. Нигде и ни в чем, включая даже такую политически нейтральную тему как климат. Хотя сам по себе Трамп настроен серьезно, и даже прекратил финансирование такой организации как Межправительственная группа экспертов по изменению климата (МГЭИК), которую он неоднократно критиковал за ангажированность, политизированность и тенденциозное протаскивание гипотезы об антропогенной природе глобального потепления.

Но нашей стране от этого не легче, и нежелание стать «изгоем» на этой глобальной площадке тоже понятно — мы не Америка, которой позволено все что угодно (во всяком случае — пока). Поэтому от взвешенной позиции последних пары лет мы, похоже, перешли к попытке сыграть на этой площадке роль т. н. nice guy (славного парня). Иначе трудно объяснить решение нашего правительства предоставить председательствующей на Конференции Республике Фиджи финансовой помощи в объеме 800 тыс. долл. США. Хотя такое решение вообще понять не просто, особенно если учесть, что сама конференция проходит в Германии, взявшей на себя все расходы на ее проведение. Будем надеяться, что этот жест со временем кто-то оценит (пока на первой неделе этого не произошло).

В целом позиция, которую представляет Россия, достаточно сильна и обоснована: за ней стоят такие заслуги нашей страны, как самые высокие в мире показатели сокращения выбросов: более 40 млрд т. СО₂ начиная с 1990 г. Наши обязательства по Соглашению тоже неплохо смотрятся на общем фоне: ограничение антропогенной эмиссии парниковых газов на уровне 70—75% выбросов от 1990 года к 2030 году при условии максимально возможного учета роли лесов, их значимости для смягчения последствий изменения климата и адаптации к ним.

Другой вопрос — в полном нежелании партнеров признавать российский вклад и в их постоянных попытках навязать нам «повышенные» обязательства, которые просто неподъемны для российской экономики, особенно в условиях санкций. Поэтому неслучайно позиция России по вопросу «повышения амбициозности» предполагает их формирование на добровольных основах, по принципу «снизу вверх», который в Парижском соглашении — ключевой. При этом Россия однозначно продвигает идею неприемлемости санкционной политики с точки зрения мер по сокращению выбросов парниковых газов. Эта позиция — пример успешного взаимодействия российской власти и экологических НПО; известно, что именно Всероссийское общество охраны природы (ВООП) в свое время выступило с идеей несовместимости глобальной климатической политики с экономическими санкциями. Позже эта идея, вовремя понятая властью, стала мейнстримом нашей климатической политики.

Не менее твердую позицию мы занимаем по рыночным механизмам Парижского соглашения. С момента заключения Соглашения российская делегация работала над обеспечением доступа России (российских компаний) к участию в данных механизмах, в т. ч. с использованием опыта реализации механизмов Киотского протокола. Однако то противодействие, на которое мы натолкнулись, оказалось просто запредельным. Особенно жестко выступают развивающиеся страны, открыто намеревающиеся стать единственными бенефициарами новых механизмов и оттеснить Россию от любых доходов по этой линии. На нас обрушиваются потоки «климатической» демагогии, бездоказательных утверждений и требований максимально усложнить правила создаваемых механизмов, установить ряд искусственных критериев участия в них. Причем критериев совершенно нерелевантных к климату — например, положение с правами человека или вопросы гендерного равенства.

Но наша переговорная группа выдерживает этот напор и продвигает свои позиции, надеясь в итоге обеспечить нашим нефтяным компаниям право на новый источник дохода. Плохо лишь то, что сами нефтяные компании не понимают важности этой работы и даже не пытаются не то чтобы поддержать наших переговорщиков — они просто устраняются от общения с ними. И у тех закономерно возникает вопрос — а для кого мы стараемся, тратим время и здоровье? Может, это и не нужно никому? Надеюсь, что у нефтяных компаний хватит здравого смысла осознать проблему и, наконец, включиться.

— Есть ли на конференции в Бонне представители российских компаний, поддерживающих или, наоборот, критикующих планы низкоуглеродного развития? Чем мотивирована их позиция?

 — Да, представители российских компаний есть, и их условно можно разделить на две категории. Первая — компании ТЭК, понявшие, с какими рисками они столкнулись в Парижском соглашении и пытающиеся их захеджировать, продвигая «зеленый имидж» для резервирования уже занятой ими ниши на мировом энергетическом рынке. Это —«Газпром» и «Росатом», продвигающие свои продукты как, соответственно, «чистое топливо» и «чистую энергию» с нулевыми или невысокими удельными выбросами СО₂, тем самым позиционируя себя в позиции поддержки низкоуглеродной энергетики в мире. К сожалению, нефтяных компаний не было ни одной, хотя разработать выигрышную стратегию для них на этой площадке при желании тоже было бы можно.

Другая группа — это «Роснано», «Хевел» и другие бенефициары схем государственной поддержки проектов ВИЭ в России. С ними все понятно, их позиция по низкоуглеродной экономике тоже однозначно предсказуема.

— Российские экологические организации к конференции в Бонне сформировали Позицию, в которой призвали российскую сторону ратифицировать Парижское соглашение. Кроме того, авторы письма выступили за «глобальный переход на безуглеродную энергетику к середине XXI века», а также за переориентацию субсидирования от ископаемых энергоресурсов в пользу ВИЭ. Насколько, по вашему мнению, реалистичен сценарий отказа от углеводородной энергетики в перспективе, указанной авторами письма?

 — А о каких российских экологических организациях идет речь? Ни ВООП, ни российские отделения ведущих мировых эко-структур, таких как WWF и Greenpeace, никаких заявлений не делали. А если речь идет о таковой сетевой структуре как т. н. «Российский социально-экологический союз», то ряд карликовых организаций, входящих в эту сеть, уже либо признан иностранными агентами, либо получил предписание прокуратуры о наличии в их деятельности компонентов, подходящих под этот статус. Поэтому вопрос о том, интересы каких стран представлены в этом документе, что называется, остается открытым.

О содержании их как бы требований, если коротко, то: они состоят отчасти из общеизвестных положений, отчасти — из неправильных. Например, понимают ли авторы этого текста, требуя дополнительного сокращения выбросов стран против уже принятых обязательств на 20-30%, что для России это означает автоматическое выпадение из зоны приемлемых для экономики показателей национальных выбросов? Не знаю, где авторы текста обучались экономике, скорее всего, нигде, поэтому поясню: обязательства в 70% от 1990 года к 2030 году мы как-нибудь выполним при нашем хилом экономическом росте и нынешнем уровне выбросов в 60% от 1990 г. А если «срезать» еще 20-30% от с этого лимита, то мы получим уже обязательства в 49-56%, т. е. уже ниже сегодняшней планки. И что — нам теперь предприятия закрывать и рабочих на улицу выгонять? Нам скажут: а вы перестраивайтесь, реструктурируйте промышленность. А на какие деньги? Доступ к длинным и дешевым деньгам, нужным для этого, нам, как известно, заблокирован. Они что, про санкции не слышали?

— Для России ТЭК является важнейшей из отраслей — и в экономическом, и в социальном плане. Энергоносители остаются одним из ведущих направлений экспорта в российской экономике. Каковы риски ратификации Парижского соглашения для ТЭК России?

 — Сторонники экстремальных действий по т. н. спасению климата не скрывают, что Парижское соглашение призвано покончить с «эрой углеводородов» на планете. Сигналы Соглашения дают огромную несправедливую фору до сих пор убыточным проектам возобновляемой энергии (ВИЭ), выводя их в разряд «оправданно субсидируемых». Позиция экстремальных требований к отраслям ТЭК, к сожалению, популярна не только среди активистов НПО, но и в руководстве ряда стран, где экологическими службами руководят представители партий «зеленых». Поэтому давление на переговорах в пользу принятия «повышенных» обязательств по сокращению выбросов просто беспрецедентно. Иногда создается впечатление коллективного помешательства — например, когда слышишь выступления против газа от стран, входящих в число его производителей. Или когда слышишь оценки такого вроде уважаемого агентства как МЭА, что выбросы «большой энергетики» в ближайшие лет 15 должны уменьшиться в 10 раз. Это как представимо в отрасли, где идет борьба за каждую десятую долю процента КПД? Что, есть такие технические решения, хотя бы в проекте?

Поспешность и суматошность переговоров в сочетании с топтанием на месте не должна обманывать наш ТЭК — за всем кажущимся хаосом чувствуются направляющие усилия, формирующие нужные решения, сформированные под серьезный политический заказ. И нашим нефтяным компаниям и другим корпорациям ТЭК в этих планах на будущее может не оказаться места. Если только они не перестанут уповать на чудеса и не вспомнят, что «спасение утопающих — дело рук самих утопающих».

Источник — издание «Нефтянка»

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

По теме

Статьи

Новости

Все новости

Погода

Москва: +1..+1
Санкт-Петербург: -3..+1, облачно