Москва

Удальцов: 4,5 года спустя

«Если бы я хотел пойти по скользкому пути, я мог бы даже и отсидки избежать: написать на всех доносы — и сейчас где-нибудь отдыхать».

16:35, 10.08.2017 // Росбалт, Москва

Фото ИА «Росбалт»

Оппозиционер Сергей Удальцов дал первую пресс-конференцию после выхода из колонии. По приговору Мосгорсуда он пробыл в заключении 4,5 года. Выступая в московской редакции ИА «Росбалт» перед сотней журналистов, политик заявил, что лично «спросит с каждого» соратника о возможностях дальнейшего сотрудничества, рассказал об условиях содержания в колонии и наметил ближайшие планы. В частности, сейчас одной из главных своих задач, Удальцов считает возрождение «Левого фронта» и объединение как парламентских, так и внесистемных социал-демократов. Несмотря на события в Крыму и Донбассе, он по-прежнему, по его словам, остается «жестким критиком» действующей власти и называет бойкот грядущих президентских выборов «самой правильной позицией». Сергей Удальцов раскритиковал политика Алексея Навального за провокационное поведение на протестных акциях и пообещал уличные манифестации осенью. «Росбалт» приводит высказывания оппозиционера на разные темы.

О политических взглядах

Эти четыре с половиной года никак не изменили мою жизненную позицию, мое мировоззрение и мое отношение к действующей власти. Я как был жестким критиком Путина, правительства, всей этой элитной группы, которая заправляет в стране, так им и остаюсь. Несмотря на то, что произошли события на Украине, был присоединен Крым и вроде бы появились здесь, в РФ, возможности для того, чтобы власть трансформировалась, повернулась к лицом к народу, стала действовать в интересах большинства. Тем более, что международная обстановка как раз к этому подталкивает, потому что никакое импортозамещение, никакой технический прогресс и рывок в производстве невозможен без того, чтобы не мобилизовать, в хорошем смысле слова, наш народ. А это возможно только если политика государства будет социально ориентирована. За все те годы не произошло никаких позитивных изменений в этом направлении.

Несмотря на то, что точечные моменты борьбы и с коррупцией, и с беспредельным поведением чиновников, существуют, системно никаких изменений не происходит. Я считаю, что сегодня задача реальной оппозиции в РФ осуществить тот самый «левый поворот», на который есть запрос во всем мире. Потому что альтернатива — или полнейшая деградация, куда нас ведет нынешняя власть, или приход правых популистов, популистов неолиберального толка. Я остаюсь в жесткой оппозиции к действующей власти, считаю, что те меры, реформы, которые осуществляются сегодня, крайне недостаточны.

О несистемной оппозиции

Протестное движение 2011—2012 годов — это яркий пример того, как можно удачно взаимодействовать людям самых разных взглядов. Конечно, это вызвало испуг, панику в стане власти. И те репрессии, которые потом обрушились на нас, — как раз следствие того, что нам удалось договориться, наладить взаимодействие.

К сожалению, сегодня я вижу, что эта консолидация практически полностью разрушена. Здесь и власти постарались, безусловно: репрессивная кампания не прошла даром. Но и действия многих оппозиционных лидеров, их чрезмерные амбиции сослужили недобрую службу. Ситуация с Украиной, события в Крыму привели к еще большему разобщению. Но, тем не менее, во многом это искусственно, и надо эту ситуацию как можно быстрее исправлять, иначе — поодиночке — кардинально ситуацию в ближайшее время не изменить.

В чем вижу свою задачу, миссию на ближайшее время: постараться это взаимодействие, насколько возможно, восстановить. Это не значит, что мы должны брататься, но по каким-то базовым вопросам — защита гражданских прав и свобод, основных экономических интересов нашего населения — мы должны взаимодействовать.

В целом в России сегодня есть запрос на третью силу. Есть власть — это понятно. Есть прозападная оппозиция, которая очень уж заигрывает с Западом. В нынешних условиях, когда Запад оказывает прямое давление на РФ, используя ситуацию в Крыму и на Донбассе, мы не должны вставать на позицию поддержки власти лишь потому, что на нее ополчился Запад. Мы всегда разделяем любовь к родине и любовь к власти. Родину свою я люблю, я патриот, но я не люблю эту власть.

Я встречусь с этими людьми, в том числе с Навальным, — проговорим о ситуации. В первую очередь, чтобы оценить возможности взаимодействия с этими людьми. Если я получу ответы на вопросы, если у меня не будет сомнений в искренности этих людей, значит взаимодействие возможно, если нет — значит невозможно. Если бы я хотел пойти по скользкому пути, я мог бы даже и отсидки избежать, написать на всех доносы и сейчас где-нибудь отдыхать. Но это не мой путь. Буду разбираться.  Не надо творить себе новых кумиров не из кого — это очень опасно. Сейчас те, кто не любит действующую власть, начинают обожествлять, делать новых кумиров, закрывать глаза на мутные, сомнительные моменты.

Сильнейшие репрессии обрушились на «Левый Фронт». У нас из состава лидеров организации больше половины или посажены в тюрьмы, или вынуждены эмигрировать, или просто ушли из жизни. Такого давления никакие другие организации не испытывали на себе, поэтому «Левый Фронт» требует обновления, активизации, модернизации, мы будем заниматься этим в самое ближайшее время.

Уже в ближайшее время я проведу встречу с руководителями всех левых организаций. Надеюсь, нам удастся «Левый Фронт» перезапустить. На осень будут уже намечены конференции, которые покажут и в Москве и в регионах, насколько это удалось реализовать.

О парламентской оппозиции

Конечно, они сегодня просто заплыли жиром. Хорошо себя чувствуют, власть их не беспокоит. По сути у них очень романтичное идет взаимодействие: эти критикуют, те слушают, но делают по-своему. Дальше дело не идет. Поэтому консолидация левых, взаимодействие с европейскими левыми, американскими, которые сегодня поднимают голову, — это наша первоочередная задача.

Грядут выборы. Если, левым силам удастся в 2018 году объединиться, действовать сообща и выставить единого кандидата, то это должно быть свежее лицо. От нынешних лидеров (я к ним отношусь с уважением, многих давно знаю, сами по себе они хорошие люди) в обществе определенная усталость. Их мудрость заключалась бы в том, чтобы сейчас найти новых людей, провести внутренние праймериз и выдвинуть свежего, сильного кандидата, более молодого.

Тут я говорю не про себя, потому что юридически я лишен возможности, имея судимость по тяжкому преступлению. Заниматься здесь шарлатанством, говоря, что я буду выдвигаться в президенты, безответственно. У меня на данный момент таких амбиций нет, но я буду делать все, чтобы кандидат от левых сил выступил наиболее мощно. Я буду призывать и Зюганова, и Миронова, и все другие левые организации поработать над этим. Настало время что-то менять.

О «болотном деле» и протестах

Сама власть организовала беспорядки 6 мая на Болотной площади — я это неоднократно повторял. Да, были люди — у меня есть к ним вопросы — из стана оппозиции. Тот же Илья Пономарев бегал в тот день и говорил, что надо прорывать оцепление полиции. Мне было странно: для чего он это делает? Естественно, когда Следственный комитет обращался ко мне с предложением дать на кого-то показания, я отвергал категорически саму эту возможность, но мы должны быть чисты перед самими собой.

Когда Алексей Навальный за день до проведения акции предлагал не идти на Болотную, а садиться у кинотеатра «Ударник», я все силы потратил, чтобы разубедить — и до конца не удалось. Нельзя людей подставлять, заведомо подставив под репрессии. Чтобы их там избили. Что это — недальновидность или сознательное стремление к провокационной деятельности, — я не знаю и никого не хочу обвинять. Не все белые и пушистые, даже в оппозиции. Порой на многое закрывают глаза и надевают розовые очки: если ты против Путина, то у тебя индульгенция от всего. Нет, там тоже есть люди не очень чистоплотные, порядочные.

Сегодня я наблюдаю ситуации с массовыми акциями, когда, не считаясь с людьми, их просто подставляют под дубинки, аресты. Может быть, это такая стратегия, но мне кажется, что с людьми так не стоит обращаться. Если мы говорим, что мы за демократию, за народовластие.

Если мы оппозиция, если мы обвиняем власть в обмане, нечестности и воровстве, то мы не должны сами становиться на этот путь. Буду разбираться и стараться не повторять тех же ошибок. А они были. Моя личная ошибка — излишнее доверие к некоторым людям. Она и привела меня в места лишения свободы. Я потерял четыре с половиной года своей жизни — это немало, скажу я вам.

Мне не в чем каяться, мы боролись за наши права. Мы хотели, что бы в России жизнь стала чуть свободнее, чуть легче, чуть комфортнее. Что в этом плохого? Моя совесть чиста, я сидел до звонка. Мне заблокировали все возможности освободиться досрочно. Я понимал, что это определенное унижение. Мне предлагали просить помилования, я не писал. Мне перед ними оправдываться не в чем. Это они, те, кто спровоцировали ситуацию на Болотной, ответят по справедливости. Чуть раньше или чуть позже. Я не сломлен, я не пересмотрел свои взгляды, я остаюсь честным перед собой и, надеюсь, буду честным перед вами.

Вожди меняются, вожди уходят и приходят. Очень многие себе такой имидж создают, не являясь, на самом деле, не то что вождями, а вообще какими-то достойными людьми. От них поддержки особой не было. Рядовые ребята, идейные люди, низовой актив всех наших организаций — с ними мы будем дальше идти вперед уверенно, с гордо поднятой головой.

Об участии в будущих массовых акциях

Сейчас надо чуть-чуть осмотреться. В моей ситуации было бы недальновидно сразу кричать и с шашкой наголо звать кого-то на акции. Естественно, уличная активность — важнейшая составляющая борьбы за свои права и свободы, нормального государства и общества, я всегда приветствовал эту активность и буду приветствовать. Но эта активность не должна быть искусственной, провокационной. Сейчас много острых социальных проблем, социальный протест будет только разрастаться. Это та сфера деятельности, где я буду принимать максимальное участие. Я думаю, к осени вы услышите и про наши акции, и про наши кампании.

Я не пойду митинговать за Навального — он не мой кандидат. Но выйти против коррупции — всегда пожалуйста. Мы готовы и открыты ко взаимодействию, но резко против того, чтобы нас пытались использовать в своих закулисных интересах, сговорах. Это не пройдет, мы не мальчики для битья, мы будем проводить свою четкую, взвешенную позицию. Протест — если он адекватен и идет под правильными лозунгами — мы всегда поддержим.

Для левых сил 7 ноября, столетие революции — это знаковое событие, знаковый день. Было бы очень правильно, встречаясь с руководством компартии, «Справедливой России» и других левых организаций, призвать хоть в этот день отказаться от каких-то дрязг, распрей и провести мощную единую акцию по всей стране в день столетия революции.

Уже сегодня подъезд мне краской облили какие-то, написали лозунги: «Предатель России вернулся из зоны». Я посмеялся про себя. С другой стороны, это меня радует — не забыли. Это сразу мобилизует. Расслабляться не будем, будем действовать четко и уверенно.

О президентских выборах-2018

Самой правильной позицией, консолидированной, для оппозиции был бы коллективный и активный бойкот выборов. Не играть опять в эти игры, в этот фарс не влезать. Но практика показывает, что соблазн настолько велик, что все равно лезут и участвуют. Когда-то, может быть, здравый смысл возобладает. Ничего по сути не изменилось с 2012 года. Да, какие-то нюансы присутствуют, глобально — не изменилось. Если уж не готовы на такой шаг, надо не подыгрывать, не превращать в фарс, а показать новое лицо оппозиции, новые возможности. Совсем  единый кандидат от всех сил — сложно. Пусть либеральная общественность своего выдвигает кандидата, левые — своего. Это работа на второй тур. Если мы не можем бойкотировать, давайте работать на второй тур. Когда этот человек выйдет от оппозиции, тогда и будем думать, не стоит раньше времени усложнять ситуацию.

Что там кому возглавлять — вопрос не сегодняшнего дня. Для меня это не первостепенно — обвешиваться регалиями, орденами, медалями и почивать на лаврах. Можно быть простым рядовым гражданином и делать больше, чем какой-нибудь вождь записной.

О пенитенциарной системе

Я из себя не намерен строить жертву режима. Да, там тяжело, нелегко, но здравые люди выживают нормально. Как мы там шутили, мы побывали в санатории «0 звезд» комфорта. Ни разу не бьют и три раза в день кормят. Но в целом система крайне неэффективна. Если стоит задача дальнейшей социализации тех людей, которые преступили закон, система не работает. Зеки предоставлены сами себе. Я, конечно, сидел в отряде среди мужиков, тех людей, которые не придерживаются «воровских» традиций, но работают и зарабатывают в колонии деньги. Все остальные за наш счет сидят. Люди там в основном деградируют. Работа не у всех, большинство находится в праздном состоянии, не знают чем себя развлечь. Уровень образования понижается, многие молодые люди ни читать не умеют, ни писать. Идет прожигание жизни. Кто в себе силы находит не деградировать, не сломаться — тот выдерживает. Но процент рецидивов огромный.

О ситуации на Украине и в Крыму

Я убежден — и у меня есть информация из разных источников — это было действительно их решение: быть с Россией. Как человек левых, демократических убеждений, я не могу этому противоречить. Если это же поддерживает наша власть, это не означает, что я должен проигнорировать мнение граждан и сказать: «Если Путин — за Крым, то я против Крыма». Это абсурд. Волеизъявление жителей Крыма я приветствую и приветствовал. Роль войск, я считаю, была не слишком велика и не сильно повлияла на волеизъявление. Эти настроения там существовали и задолго до 2014 года.

Но чтобы в Крыму было хорошо — в России должно стать хорошо. Для этого надо навести порядок здесь, чем мы и будем заниматься. Я как раз надеюсь, что жители Крыма, которые гораздо активнее жителей других наших регионов, будут более активную гражданскую позицию занимать. Запад всегда очень ревностно относился к России, воспринимал как конкурента, недаром огромные усилия прилагались для ослабления и развала Советского Союза. Сильная Россия не нужна, это конкуренция. В этом диалектика, не все черное и белое.

Если на Донбассе идет явное нарушение международных законов — конечно, это нарушение. Я не считаю, что там есть прямое вторжение российских вооруженных сил. Да, содействие оказывается силам народного сопротивления, но что в этом плохого? Что, Запад не оказывает помощь? Оказывает. Поэтому давайте здесь в идеализм не впадать. Прямая агрессия не нужна, нужно думать, как жить в мире и братстве и исправлять ситуацию. Любая война — это плохо, но если до этого доведено и надо свою землю защищать — капитулировать? Сдаваться? Кому? Поэтому защитники на Донбассе для меня герои. Прямого преступления я здесь не вижу. А эти гибридные формы во всем мире используются.

О жизни в колонии

Нападок и шуток не было, отношение к политическим заключенным в арестантской среде в целом уважительное. Те, кто пострадал, сидит, лишен свободы за свои взгляды и принципы, пользуются там уважением. За мной был особый контроль: сотрудники администрации, их добровольные помощники среди заключенных день и ночь наблюдали, чтобы, не дай Бог, в интернет человек не вышел. Я больше уделял внимание самообразованию. Читал экономическую литературу — самую разную. Егора Тимуровича Гайдара почитал, одну из последних книг, — много интересного там подчерпнул. Классику нашей литературы — хорошая библиотека, много книг прочитано. Я старался и читать, и популяризировать. У нас даже небольшой кружок был политический. Но лучше это делать в других местах, на свободе, чем в условиях изоляции.

Записал Денис Гольдман

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

По теме

Статьи

Новости

Все новости^

Погода

Москва: +13..+25, облачно
Санкт-Петербург: +16..+19, дождь