Петербург

Как митинговать в России

Насколько сильно власти РФ притесняют свободу собраний, и действительно ли европейские законы строже наших. «Росбалт» разбирается — что в теории и на практике.

17:48, 11.08.2017 // Росбалт, Петербург

Фото Александры Полукеевой, ИА «Росбалт»

На этой неделе депутат петербургского Заксобрания Максим Резник вышел из спецприемника, где он пробыл 10 суток за сопротивление сотруднику Росгвардии на несогласованном митинге 12 июня. Еще один петербуржец получил условный срок — все за тот же митинг. Вернее, за удар по спине полицейского на акции.

В общей сложности около 130 активистов были арестованы за участие в несанкционированном собрании, еще десятки получили административные штрафы. Во всех случаях — за нарушение одной либо двух статей Кодекса об административных правонарушениях: 19.3 (неповиновение полиции) и ч. 5 ст. 20.2 (нарушение правил проведения публичной акции).

В России уже долгое время идет спор о правомерности различных подзаконных актов, в той или иной степени ущемляющих свободу собраний. Дискуссия особенно усилилась в этом году в связи с ограничениями на митинги во время ЧМ-2018 и Кубка конфедераций. В ряде регионов страны, в том числе Москве, Петербурге, Татарстане и Краснодарском крае и других областях будет действовать особый порядок проведения массовых мероприятий. Как следует из указа, подписанного президентом России Владимиром Путиным, шествия, митинги, демонстрации и другие виды акций, не связанные со спортивными состязаниями, можно будет проводить только в тех местах и в то время, которое назначат местные власти и ФСБ.

«Росбалт» попытался разобраться — насколько сильно власти РФ притесняют свободу собраний, и что общего у российских законов с европейскими и американскими.

В теории и на практике

Формально право протестовать записано в Конституции. Статья 31 основного закона страны гласит: «Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование».

Более широко право на мирный протест раскрывает Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», принятый Госдумой еще в 2004 году. Он указывает, что проведение публичного мероприятия основывается лишь на двух принципах: законность и добровольность. Согласно закону участники митингов имеют право использовать различную символику, а также принимать резолюции.

Однако, начиная со статьи 7, следуют различные ограничения. Организаторы массовой акции обязаны уведомить орган местного самоуправления о его проведении не менее, чем за 10 дней. Там же должны быть указаны: цель публичного мероприятия, его форма, дата и место, предполагаемое количество участников, намерение использовать звукоусиливающее оборудование, данные организаторов и так далее.

Дальше начинаются тонкости. В статье 8 отмечается, что условия запрета или ограничения акции в отдельных местах могут быть конкретизированы федеральными законами. К таким, например, можно отнести ФЗ о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних, принятый в 2013 году. Тогда были внесены уточнения в закон 1998 года «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» — он был дополнен запретом на пропаганду среди несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных отношений.

В принципе, в России и до этого гей-парады не разрешались властями. Но после подписания документа появился вполне законный повод отказывать в проведении подобных акций, утверждает петербургский ЛГБТ-активист Алексей Назаров.

«В последние годы все стало вполне традиционным. Отказ строится на двух позициях. Первая — везде идет тотальная стройка и поэтому по каждому адресу нам якобы находиться небезопасно. И вторая основана на законе о гей-пропаганде 2013 года и законе о защите детей 1998 года. И эти отказы у нас совершенно аналогичные — год за годом», — отмечает Назаров.

Но были в Петербурге и прецеденты. Весной городские власти не разрешили ЛГБТ-акцию на Марсовом поле, где находится «гайд-парк», сославшись на запрет пропаганды гомосексуализма и некое другое мероприятие. Однако суд, где было обжаловано решение чиновников, заявил — письмо из комитета по законности не порождает никаких правовых последствий. Следовательно, митинговать можно. И активисты вышли. Все пятнадцать человек.

В 2012 году губернатор Георгий Полтавченко подписал постановление, по которому единым местом, специально отведенным для митингов и протестных акций, будет участок на Марсовом поле. Тот самый «гайд-парк». В Москве подобными местами стали парк Горького и парк «Сокольники». Для проведения массовых мероприятий там не нужно согласование с властями города.

Согласования с местной администрацией, согласно все тому же ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», не требует и одиночный пикет. Однако и здесь есть исключения. Например, региональные власти могут устанавливать минимально допустимое расстояние между пикетчиками (например, в Москве — 50 метров). Кроме того, как указал Конституционный суд, полиция вправе доставить гражданина, устроившего одиночный пикет, в отделение «в целях защиты его жизни и здоровья». Впрочем, задерживать можно и без этого. Будь то мать шахтера или лидер московского «Яблока».

Теперь об ответственности за нарушения правил проведения акций. Чаще всего активистам предъявляют обвинение по статье 20.2 административного кодекса (нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования). Она предусматривает штраф от 10 до 300 тыс. рублей, обязательные работы до 200 часов или административный арест до 30 суток. Также органы правопорядка часто применяют статью о неповиновении законным требованиям представителя власти (19.3 КоАП). За ее нарушение можно лишиться от 500 рублей до 5 тыс., либо отправиться под арест на срок до 30 суток.

Самой же жесткой статьей отечественного законодательства в сфере массовых акций стала 212.1 Уголовного кодекса РФ — «Нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, если это деяние совершено неоднократно». Эта статья предусматривает лишение свободы на срок до 5 лет.

Первым и самым известным осужденным по 212.1 стал активист Ильдар Дадин. В декабре 2015 года Басманный суд Москвы приговорил его по этой статье к трем годам лишения свободы. Но в феврале 2017 года КС РФ постановил пересмотреть дело активиста, одновременно признав конституционной статью 212.1 УК РФ. В результате 22 февраля Верховный суд постановил освободить мужчину из колонии.

Опрошенные «Росбалтом» юристы обращают внимание на то, что КС РФ указал на недопустимость формального подхода при рассмотрении дел, связанных с нарушениями на митингах. Но именно такой подход и характеризует отечественную правоприменительную практику в этой сфере.

«Эту статью надо отменять, потому что КС, рассмотрев жалобу по делу Дадина, таким образом сузил сферу ее применения, что она потеряла всякий смысл. Все насильственные действия на митингах вполне покрываются другими статьями Уголовного кодекса, к примеру, „хулиганством“. На практике, с учетом толкования, она стала лишенной смысла. Насколько я знаю, за эти месяцы ни одного уголовного дела в стране по 212.1 не было возбуждено», — отметил один из адвокатов Ильдара Дадина Сергей Голубок.

У нас и у них

Депутаты, чиновники и СМИ часто ссылаются на зарубежный опыт, когда речь заходит про законы о митингах. Мол, участие в несанкционированных властями протестных акциях на Западе может дорого обойтись. Это и так, и не совсем так.

Действительно, во многих странах организаторы массовых акций должны уведомить власти за определенное время до их начала. В разных странах и их регионах — по-разному. В Нью-Йорке — за 45 дней, в Канаде — не менее, чем за 8 часов.

По словам председателя коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры» Евгения Корчаго, в США правила проведения массовых мероприятий и ответственность за их нарушения относятся к вопросам, которые решаются властями штатов самостоятельно, однако есть и общие моменты.

«Так, все массовые мероприятия подлежат согласованию, а полиция вправе применять меры к разгону демонстрантов в случае необходимости. Также в США есть специальное законодательство о массовых беспорядках, под которыми понимаются любые нарушения общественного порядка, связанные с совершением акта насилия группой из трех или более лиц. Такое насилие должно вызывать непосредственную опасность или приводить к причинению ущерба собственности либо вреда здоровью человека», — уточнил Корчаго.

Массовые мероприятия в странах Европы также санкционируются государством. Так, законодательство Германии о собраниях предусматривает уголовное наказание за вызов или провоцирование массовых беспорядков, и даже за намерение осуществить такое деяние. В Великобритании также вплоть до тюремного заключения наказываются действия, связанные с организацией не соответствующих требованиям мероприятий, а также неправомерные действия их участников.

Во Франции можно лишиться свободы на полгода за незаконные демонстрации и митинги. Также закон предусматривает наказание в виде лишения свободы до трех лет для вооруженных участников демонстраций.

«Таким образом, законодательство о митингах во всех странах является достаточно жестким и детально регламентированным», — резюмировал Корчаго.

Другое дело, что количество оправдательных приговоров в Европе, по некоторым данным, сейчас составляет 15-20%. В России же, по данным Верховного суда, всего 0,36%.

Илья Давлятчин

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

По теме

Статьи

Новости

Все новости^

Погода

Москва: +13..+25, облачно
Санкт-Петербург: +16..+19, дождь