eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В России

Набег на промышленников провалился?

В поисках денег на майские указы постучались к крупному бизнесу. Правительство выступило против, но эксперты не уверены, что на этом история закончится.

20:19, 22.08.2018 // Росбалт, В России

FreeImages.com Content License

Помощник президента Андрей Белоусов неожиданно устроил переполох в предсказуемой российской внутренней политике, выступив с инициативой забрать сверхдоходы у несырьевых предприятий. Сначала произошла утечка списка из 15-ти компаний-гигантов, у которых предлагалось изъять 500 млрд рублей, затем его подлинность была подтверждена и стало известно, что Путин поручил правительству эту инициативу проработать. Промышленники выступили резко против, а позднее негативные отзывы стали давать и министерства. В чем может быть причина появления «списка» и можно ли считать, что идея изъятия денег у крупного бизнеса не прошла и не пройдет?

Степан Демура, финансовый и биржевой аналитик, экономист:

Стоп-кадр видео РБК

«Денег нет, а очередная порция непонятных указов есть. Когда их придумывали, никто не потрудился посмотреть — а деньги вообще в бюджете есть, где их брать? Вот теперь и стали искать.

Тем более, Владимира Путина после выборов наделили практически неограниченными полномочиями по ручному управлению. Нужны деньги — значит надо посмотреть, у кого они есть. У своих — газовиков и нефтяников — изымать нельзя. Можно только у частных и публичных компаний. Чем сейчас и пытаются заниматься. И не факт, что этот процесс закончен.

Кто у нас еще из прибыльных компаний есть? Телеком, генерирующие компании… Короче говоря, любая отрасль, где есть прибыль, может стать объектом изъятия».

Дмитрий Травин, кандидат экономических наук, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге:

Фото ИА «Росбалт», Александр Калинин

«Это было стремление найти где-то деньги для того, чтобы пополнить бюджет. Мы же видим, что экономика России в плохом состоянии. Активно обсуждался вопрос о том, что нет денег в Пенсионном фонде, и надо сделать так, чтобы пенсионеров стало меньше. В бюджете ситуация тоже сложная. И вот всякие изобретатели, типа Андрея Белоусова, ищут, где бы добыть еще денег.

Эта история закончилась, может быть, в „узком смысле“. Но вообще, поскольку все время будет испытываться нехватка средств, какие-то способы где-то что-то раздобыть будут изобретаться снова и снова.

Денег „хватает“, пока бюджет „сбалансирован“. Если мы хотим на что-то увеличить расходы, то их сразу перестает хватать. Если цены на нефть падают и доходы от нее сокращаются, опять будет дефицит финансов. Если американцы принимают закон, смысл которого такой, что нельзя вкладывать деньги в российский государственный долг, то российское государство меньше сможет одолжить денег на мировом рынке, и их опять будет не хватать. Так что проблема все время существует».

Павел Кудюкин, член совета Конфедерации труда России, экс-замминистра труда РФ:

Фото ИА «Росбалт»

«Трудно сказать, закончилась вся эта история или нет, поскольку Андрею Белоусову все-таки указали на то, что он поторопился. Хотя, судя по всему, он не по собственной инициативе выдвинул такое предложение. Видимо, президентская администрация действительно ищет пути пополнения государственных доходов, и не исключено, что даже утечка этой версии записки Белоусова — не уверен, что окончательной, — могла быть просто попыткой прощупать реакцию. Реакция была получена. Естественно, представители крупных корпораций отреагировали крайне негативно, и, наверное, на время тему прикрыли.

Самый сложный вопрос: что считать сверхдоходами. По сути, речь идет о некой своеобразной ренте на конъюнктуру. Складывалась благоприятная конъюнктура — и корпорации получали некую прибыль выше нормального уровня. С другой стороны, когда конъюнктура будет складываться неблагоприятно, они будут получать прибыль ниже того уровня.

Но проблема обложения сверхдоходов существует не только в России, она во всем мире время от времени поднимается. И все зависит от конкретной ситуации и своего рода общественного соглашения. Согласятся ли представители крупного капитала хотя бы отчасти делиться? Как правило, если они это и делают, то в условиях действительно острого кризиса, когда понимают, что лучше поделиться частью, чем потерять все. Видимо, пока у нас такого острого кризиса нет».

Василий Колташов, руководитель центра политэкономических исследований Института нового общества:

Фото из личного архива Василия Колташова

«Ни власти, ни бизнес не захотели создания прецедента, когда сверхдоходы изымаются в пользу государства.

Само предложение было, на мой взгляд, довольно странное, хотя некоторые мои коллеги сочли его правильным — на том основании, что государство имеет право на сверхдоходы. Но инициатива противоречит реальной проблеме, отсутствию у нас адекватной новым историческим и экономическим условиям налоговой системы. У государства есть большие потребности в деньгах для реализации разных проектов, и не только майских указов. Это могут быть какие-то масштабные проекты, например, высокоскоростное железнодорожное строительство. Но налоговый набег тут не годится, это деструктивный метод.

Должна быть прозрачная, понятная система налогов и система контроля государства над так называемыми государственными компаниями — то есть фирмами, где государство владеет крупными пакетами. Нужен прогрессивный налог, снижение и отмена подоходных налогов для людей, зарабатывающих ниже 50 тыс. рублей. Нужна другая налоговая политика, при которой максимальная нагрузка легла бы на доходы богатых россиян, но при этом компании не боялись бы много зарабатывать. То есть налоги на личные доходы, а не высокий налог на прибыль компаний.

Но мы увидели предложение налогового набега — а эту инициативу именно так следует трактовать. Смотрите, здесь есть деньги, давайте осуществим набег сюда… Или вот тут есть деньги, а мы их еще не щупали, давайте придумаем, как легализовать изъятие. Такой метод, сама стратегия себя не оправдали и не оправдают.

Вернуться к этому вопросу еще могут. Могут начать говорить о налогах не с металлургов, а, например, с нефтяников, газовиков, другой отрасли. Но это тот же самый метод, и он будет встречать сопротивление и критику.

Вообще не очень понятно, зачем это предложение было сделано. Может, для того чтобы показать, что покушение на сверхдоходы компаний в России не пройдет, потому что нет никаких сил, которые могли бы это поддержать. Или же действительно хотели получить эти деньги. Но вряд ли это можно было сделать, учитывая, что все группы бизнеса имеют очень сильные лоббистские позиции, и в этом предложении тут же нашли изъяны».

Алексей Синельников, политолог:

Стоп-кадр видео

«В нормальном правительстве и правящих кругах должны постоянно раздаваться и обсуждаться какие-то предложения. Некоторые из них принимаются, другие нет. За рубежом это обычная ситуация. Степень радикализма или „яркости“ таких предложений, как правило, зависит от текущего политического момента и при парламентской демократии достаточно легко расшифровывается, поскольку автор каждой инициативы является членом какой-то партии, а все эксперты работают в партийных аналитических центрах. У таких центров тоже есть „привязки“, они спонсируются определенными кругами, поэтому причины выдвижения тех или иных инициатив вполне прозрачны.

У нас же политическая жизнь выстроена так, что нормальная практика вызывает повышенный интерес. Таких предложений должно поступать как минимум два в неделю. Вот одни предложили поднять срок выхода на пенсию, другие — немножко обкорнать интересы естественных монополий, третьи, пятые и десятые могут еще что-то предложить, и из этого бурления при нормальной ситуации создается информационная повестка. У нас же, по меткому выражению Владимира Даля, на бесптичье и жопа — соловей. Любое суждение, не то что смелое, а хотя бы просто затрагивающее чьи-то интересы, всегда вызывает бурю эмоций — именно потому, что оно звучит в пустыне. Общественных обсуждений не происходит, и парламент у нас, как известно, не место для дискуссий.

В России три из четырех партий — КПРФ, ЛДПР, „СР“ — имеют в своих программах упоминание той или иной формы национализации монополий. Несмотря на это, предложение Андрея Белоусова не находит никакой парламентской поддержки. Ни слушаний по этому вопросу, ни приглашений Белоусова в Госдуму мы не увидели. Или людям на самом деле это не интересно, или все они находятся на содержании естественных монополий, или же им пришла команда это не обсуждать.

А возьмем реакцию Алексея Кудрина: кроме того, что у него есть собственные „завязки“ с бизнесом, он еще и руководитель Счетной палаты. Помощник президента фактически обвиняет крупные компании, работающие на территории РФ, в том, что они получают сверхдоходы, присваивают натуральную ренту. Казалось бы, что должна делать Счетная палата при таком резонансе? Ее руководитель должен сказать: давайте посчитаем, есть там сверхдоходы или нет. И затем дать обществу отчет, присваивают ли монополии что-то несправедливо. Кудрин же своим возмущением, личным мнением по поводу дружков-миллиардеров, подменил то, что ему положено делать по работе. Вся эта ситуация наглядно показала, кто такой Кудрин на самом деле.

Получается, что естественные монополии сумели отстоять свои позиции и что у нас есть одна реальная партия — Российский союз промышленников и предпринимателей. Институции не работают, зато работает лоббистская группа, которая защищает определенные интересы от таких робких попыток, исходящих, может, и от самого Владимира Путина. Мы же не знаем — с чего это вдруг помощник президента сделал такое громкое заявление. Получилось, что откуда-то со стороны Путина, из-под него, свободный игрок Белоусов неожиданно озвучил такую резонансную инициативу. И она была полностью провалена всеми институциями, которые, очевидно, находятся на подкормке у естественных монополий. Что же выходит? Что Путин делает отчаянные попытки каким-то образом выкарабкаться из среды, но не может ничего сделать, потому что все моментально тонет?

Правительство забаллотировало предложение о рентных платежах, но зато предлагает недостающие деньги найти за счет пенсионной реформы. И одновременно ЦИК довольно неожиданно зарегистрировал группы по референдуму о повышении срока выхода на пенсии. Такой референдум неизбежно превратится в вопрос о доверии Кабмину и будет проигран им с треском. А если предположить, что за всем этим стоит сам Путин? И то, что регистрируют группы по референдуму, — это ответ правительству на его поведение по поводу естественных монополий? На основании этого референдума можно будет сразу же после его окончания отправлять правительство в отставку. Это будет абсолютно законная мера, которую народ воспримет с пониманием. И тогда, может быть, следующее правительство более лояльно рассмотрит вопрос о налогообложении монополий».

Дмитрий Ремизов

Меньше слов — в нашем Instagram

По теме

Статьи

Новости

Все новости

Погода

Москва: 0°, облачно
Санкт-Петербург: 1°, небольшой снег