eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В России

Все не так: большой талант не оправдывает аморальность

Гений не обязательно обречен на тяжелые пороки и безумие или плохой конец жизни, убеждена психолог Анна Кирьянова.

19:06, 16.02.2019 // Росбалт, В России

Фото с сайта kiryanova.com

Возможна ли гениальность без безумия? Имеет ли право гений на аморальные поступки? Надо ли лечить гениев с риском лишиться будущих шедевров? Об этом в интервью «Росбалту» рассказала психолог и писатель Анна Кирьянова.

— Анна Валентиновна, многие великие творцы страдали психическими расстройствами: Гоголь, Кафка, Ван-Гог, Достоевский, Ницше, Эдгар По, Хемингуэй, Свифт, Мопассан, Моцарт, Шуман и т. д. Такое чувство, что почти все гении в той или иной степени были безумцами. Аристотель считал, что не было еще ни одного великого ума без примеси безумия. А Стендаль сказал: «Известную долю биографии великих людей должны написать их врачи». Насколько все это верно?

 — Верно, и было замечено давно. Еще в 1863 году итальянский врач-психиатр Чезаре Ломброзо написал труд «Гениальность и помешательство», где доказывал связь между психическими отклонениями и исключительно высокой одаренностью человека. Наш современник, врач-психиатр Александр Шувалов в своей книге «Безумные грани таланта» не только приводит данные о том, как взаимосвязаны душевные болезни с гениальностью, но и объясняет, почему творческие личности из разных сфер искусства склонны к тем или иным отклонениям от нормы.

Скажем, среди великих художников велик процент людей, которые страдали шизофренией. Профессиональная болезнь писателей — алкоголизм, предрасположены они и к зависимостям от других туманящих разум веществ. Музыканты склонны к аффективным расстройствам, в том числе маниакально депрессивному психозу… 

Это нормально, хотя звучит как каламбур. Гениальный, сверходаренный человек по определению не может быть нормален, поскольку его мозг работает иначе, чем у большинства. Но одно дело — склонность к психотическим состояниям (маниакальность, шизофрения, алкоголизм), и совсем другое — аморальность личности.

— Очень часто гнусные поступки великих людей прикрывают тем, что им, мол, все позволено. Так ли это?

 — Странности великих людей — это естественно. К ним и относиться надо иначе, чем к обычным людям. Но что касается морали души, то гениальные и одаренные люди несут за свои поступки такую же ответственность, как и все. Пушкин писал: «Гений и злодейство несовместны». Что он имел в виду? Не надо помешательством и странностями оправдывать чудовищные вещи, которые совершают подчас большие таланты.

— О ком это вы?

 — Например, о поэтессе Марине Цветаевой, которая отдала своих детей в приют, где ее младшая дочь и скончалась.

Вначале этот поступок оправдывали тяжелой социальной обстановкой в начале 1920-х годов, но потом были опубликованы личные дневники Цветаевой, из которых мы узнали, что, пока дети находились в приюте, им было велено говорить, что они сироты, а про мать — что это просто их крестная, знакомая тетя. А она тем временем благополучно отоваривала их продуктовые карточки — например, крупу, которую выдавали детям, меняла на табак. А сладкой рисовой кашей угощала других поэтов, пока дети умирали с голоду. У Цветаевой была квартира в Москве, комнаты в которой она сдавала. Поэтесса привязывала за ногу свою двухлетнюю дочь Ирочку, чтобы девочка не ела объедки из помойного ведра, когда Цветаевой было нужно пойти почитать стихи к своим друзьям. А старшую, Алю, водила с собой на дружеские посиделки. На похороны младшей дочери не пошла, но написала на эту тему трогательное стихотворение.

Великий художник Верещагин однажды во время русско-турецкой войны написал в своем дневнике, что, мол, поймали двух турок и забросали их камнями, пока они лежали связанные: к концу экзекуции, которая длилась около двух дней, пленные представляли собой кровавое месиво, но были еще живы. Приехал генерал и приказал их судить. Верещагин возмутился: «Как же так? Я же просил их повесить — мне надо сделать эскизы для картины». Генерал ответил Верещагину так: мол, русские генералы, господин художник, без суда не вешают даже врагов. Это Верещагина задело так, что он даже записал в дневник этот эпизод… Поэтому от картин Верещагина и веет чем-то ужасным. Свои внутренние садистические тенденции он выражал в своих произведениях.

Оправдывать гениальностью подобное поведение все-таки не надо.

Русские психиатры начала ХХ века выделили два помешательства: психическое и нравственное. «Нравственное помешательство» — это диагноз. Гений может быть каким угодно, но не должен быть нравственно помешан. Иначе он — не гений. Поэтому Верещагина и Цветаеву, несмотря на всю их одаренность и талант, причислить к гениям нельзя.

— Но творца, гения мы оцениваем не по обстоятельствам его жизни, а по творческому результату, его произведениям.

 — Не совсем так. На холсте и на листе бумаги из рук музыканта и скульптора не появится ничто гениальное, если человек страдал нравственным помешательством. Истинные гении были странными, неудобными личностями и, может быть, причиняли зло, но делали это неумышленно и, по крайней мере, не измывались над детьми и не приказывали вешать людей для своего наброска. Григорий Перельман в этом смысле, например, действительно гений математики. Когда творец начинает разрушать других людей, причем умышленно, выбирая слабых, безответных и незащищенных, — это уже совсем другая история.

— Что тут первично: курица или яйцо? Проблемы с психикой являются причиной гениальности или, наоборот, гениальность сводит человека с ума?

 — Трудно сказать. Если рассматривать мозг как приемник, то, возможно, какая-то информация транслируется нам трансцедентально, то есть свыше. Мы принимаем эти сигналы в состоянии вдохновения, творческого подъема: чувство, будто черпаешь силы из какого-то источника. Потом наступает опустошение, сильная эмоциональная и нервная усталость. Справиться с ней не так просто — нужно предпринимать какие-то действия. Просто лечь полежать — уже не поможет.

У многих великих творцов в результате, что называется, едет крыша. Быть постоянно в состоянии вдохновения — непосильная нагрузка для человека, и он вынужден прибегать к стимулирующим или, наоборот, успокаивающим средствам, а иногда, прямо скажем, сходит с ума.

— Где проходит та грань, где кончается гений и начинается безумие (или наоборот)? Кто они вообще, эти люди — безумные гении или гениальные безумцы?

 — Психиатры предлагают такой критерий: творческая продуктивность. Пока человек творит, все нормально. А когда творческая продуктивность исчезает — возникает и угроза жизни. Специально подсчитали, например, количество полотен Врубеля и стихотворений Высоцкого за год до их смерти — оно резко снижалось. А потом происходила и сама смерть. Возможно, что они просто выполнили свою функцию, и все — больше им в этом мире делать было нечего.

— Возможны ли гениальность, высокая степень таланта без определенной доли сумасшествия?

 — Думаю, да, и к этому надо стремиться. Не стоит поощрять саморазрушение гения, потворствовать нравственному помешательству.

Нужно приучаться к мощной самодисциплине, как приучали себя стоики в древности. За гением должен быть присмотр — особенное и позитивное, хранящее его отношение близких. Толстой, заметьте, прожил 82 года и, хотя был достаточно странным человеком, благодаря наличию семьи и круга общения, самовоспитанию, — не сгорел рано, как многие гении, а прожил долгую жизнь.

Знаете, зачем при советской власти учреждали союзы писателей, композиторов и художников? Это была попытка организовать гениев — создать для них творческую среду и «воспитывать» определенным образом. Дескать, ты писатель? Хорошо, твори, создай за год три повести и один роман. Вот тебе путевка на курорт, где ты будешь сочинять, дача в Переделкино и т. д. Выдавай продукт, работай! Скульпторам и художникам давали мастерские — но при этом от них тоже требовалась определенная отдача. Это было не совсем хорошо, потому что творческому человеку нужна свобода. Но, тем не менее, помогло выжить многим талантам.

Хочется напомнить историю Бисмарка, который был очень одаренным и талантливым человеком. Он увлекся наркотиками, стал пьяницей, наркоманом и обжорой — толстым и неопрятным, не мог спать. Казалось бы, все — ему пришел конец.

И что бы вы думали? Он познакомился с врачом, который «взял его в руки» — начал отбирать жирные блюда, вырывать из рук бутылки, принуждать к прогулкам, заставлял делать зарядку. И привел Бисмарка в норму — тот стал подтянутым, здоровым, энергичным — и снова пришел к власти.

— Что от чего зависит — талант от безумия, или наоборот?

 — Думаю, что взаимосвязь тут присутствует, но до стадии безумия человека доводит общество — потворствуя его порокам и отсутствию самодисциплины.

— Гениями рождаются?

 — Рождаются. Но за гением, как я уже сказала, надо следить. С него должен быть особый спрос.

Если у ребенка проявляются черты высокой одаренности, к нему надо применять более серьезные воспитательные методы — не посредством давления и наказания, а в виде внимания и помощи.

— Если бы творцов, давших миру великие произведения искусства и страдавших психическими заболеваниями, своевременно и квалифицированно вылечили от их недуга, смогли бы они создать то же самое — гениальные картины, прозу и поэзию, музыкальные шедевры?

 — Распространенное заблуждение — что если бы эти люди были такими как все, они бы не создали ничего выдающегося. Приведу пример: Ярослав Гашек задумал похождения бравого солдата Швейка во время пребывания в русском плену. Это был лучший период его творческой жизни, во время которого, тем не менее, он жил в жутких условиях. Именно тогда он перестал убивать себя алкоголем и предпринимать суицидальные попытки. Вернувшись в хорошие условия, он быстро погиб — снова начал пить, хулиганить, безобразничать и умер в 40 лет, погубив себя сам. ОʼГенри лучшие свои рассказы написал в тюрьме. Освободившись оттуда, он начал пить, причем за время написания рассказа выпивал бутылку виски. И умер — от цирроза печени. Сервантес тоже сочинил своего «Дон Кихота» в тюрьме. Более того — писал роман одной рукой, поскольку другую ему отрубили. Есенин сочинял свои лучшие стихи, когда друзья запирали его в комнате, не давали ему спиртное и следили за его поведением. Ни одного стихотворения он не написал в пьяном виде…

Можно долго перечислять гениев, которые создали свои произведения, будучи прикованными к постели, где они не могли хулиганить в силу болезни, либо — находясь в учреждениях, так сказать, дисциплинарного толка.

Это, разумеется, не значит, что всех этих людей надо было взять под контроль, держать в тюрьме или в другом поднадзорном месте. Им просто не хватало дисциплины и того доброго, но строгого доктора, который находился бы рядом с ними. Они были окружены паразитами, когортой проходимцев, которые пили за их счет, обирали их. Какого гения ни ткни — все время вокруг него кружится рой темных личностей. Можно вспомнить Айседору Дункан или Джека Лондона, дом которого сожгли его «друзья».

Гениальность ведет к инфантильности. Многие гении в глубине души как дети и нуждаются в опоре. Не случайно Маршака, который был гениальным переводчиком, так оберегала его домработница.

Гений в чем-то не приспособлен к жизни. Ему нужно помочь. Если у него есть поддержка в лице любящих людей и настоящих друзей, то все хорошо. Гению нужен покровитель и человек, который будет обустраивать его быт.

У древних правителей была манера держать при дворе поэтов, художников и мыслителей. Это было правильно.

— Есть мнение, что гении «связаны с космосом», гениальные музыканты считывают музыку сфер. Как сказал после длительного периода бредового мышления математик Джон Нэш, страдавший параноидальной шизофренией, его возвращение к более рациональной фазе жизни было «не слишком радостным». Чтобы объяснить, почему, он дал ещё один ответ: «Рациональность мышления накладывает ограничения на отношения человека с космосом». Вы согласны?

 — Вопрос, откуда берутся творчество и вдохновение, так и остается загадкой. Однако еще Диккенс говорил, что невидимый соавтор диктует ему то, что он пишет. И хохотал над диалогами своих героев вовсе не потому, что он был такой нарцисс и восхищался сам собой. А Хармс утверждал, что все творцы получают свои произведения из невидимого источника. Одни называют это космосом, другие Богом, третьи информационным полем, четвертые еще как-то. Источник, находящийся вне разума, вне рассудка, существует — и творческие люди это хорошо знают. Когда произведение уже готово, творческий человек смотрит на него и думает: «Неужели это создал я?».

Такое состояние испытывают многие творцы. Возникает даже момент отчуждения от дела своих рук.

— Что же делать — перекрывать гениям канал «связи с космосом», то есть лечить их, или оставить в покое, чтобы увидеть новые шедевры?

 — Творчество не возникает благодаря болезни. Гении заболевают уже потом. Психическое заболевание появляется у неординарного человека из-за того, что он не адаптирован к жизни в обществе, когда его конфликт с окружающим миром становится невыносимым. Схематично это можно изобразить так: человек рождается одаренным, а потом вступает в конфликт с миром в силу того, что уязвим, раним, в чем-то ненормален. Этот разлад набирает обороты, человек пытается избавиться от него подручными средствами, впадая в разного рода зависимости, либо сходит с ума. И гениальность его, одаренность уходят, теряется связь с источником.

Если бы можно было обеспечить каждого гения хорошей семьей, добрыми друзьями и хорошим доктором — философом или психологом, то многих проблем удалось бы избежать и гениальные люди радовали бы нас своей судьбой. Например, как Леонардо да Винчи, который прожил до 67 лет — не сошел с ума, не спился и был продуктивен до последних дней жизни. Он был гармоничен, смог сберечь свой баланс.

Так могли бы жить все гении. Однако у них слишком много энергии, она распирает их, «предохранители перегорают», и зачастую нет рядом близких людей, которые могли бы дисциплинировать и поддерживать творца своей любовью.

Владимир Воскресенский

Главное за сегодня


Статьи

Лучшее за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: 0°
Санкт-Петербург: 0°