В мире

«При интеграции экономики Донбасс будет почти что в РФ»

Экс-командир «Востока» Александр Ходаковский считает, что всю власть у глав ДНР и ЛНР не отберут, однако Москва возьмет их под более жесткий контроль.

11:30, 19.04.2017 // Росбалт, В мире

Фото из архива батальона «Восток» (ДНР)

Экс-секретарь Совбеза ДНР, лидер Патриотических сил Донбасса (ПСД) Александр Ходаковский уверен, что переориентация экономики Донецкой народной республики на Россию поможет выйти ей из тени, и лишит бесконтрольной власти тех, кто привык управлять здесь всеми процессами.

— Как вы думаете, что послужило причиной «национализации» в ДНР и ЛНР, введения внешнего управления на зарегистрированных на Украине предприятиях?

 — Я не знаю, что стало причиной. Возможно, обострение отношений с бывшими собственниками предприятий — ведь это не второразрядные личности, это люди, которые всегда влияли на политику Украины, а во главе украинского государства всегда сидели марионетки. И это дает нам основание полагать, что это меры борьбы с теневым руководством Украины.

Не секрет, что Ринат Ахметов сыграл довольно значимую роль в победе Майдана, он парализовал Януковича и не дал ему возможности применить умеренно силовой сценарий для локализации Майдана, связав его политическими шагами. До определенного времени связи в политических кругах России давали Ахметову некий иммунитет, но потом он иссяк, изменилась позиция в отношении него. Ходили слухи, что ему даже был запрещен въезд на территорию РФ. Но, несмотря на то, что в России есть олигархи, чей капитал больше, чем у Ахметова, не считаться с его влиянием на американско-европейском уровне РФ не может, потому что он выступает «делегатом» во многим вопросах в коммуницировании между различными политическими кругами. Он связан с правительствами большинства стран, которые являются на сегодня не дружественными в отношении РФ. Но я думаю, что одна из доктрин, которые сейчас реализовываются, это отказ Америки в лице Трампа от  таких фигур как Ахметов. Возможно, и Трамп как промышленник заинтересован в устранении конкурента, который имеет предприятия в той же Америке.

— Если «захват» ахметовских предприятий» — это своего рода борьба с ним, почему же он молчит?

 — Он не молчит, он реагирует. Но в этих кругах не принято делать громкие публичные заявления. Говорят представители аффилированных с ним структур, СМИ, огромное количество интернет-ресурсов. Своими публикациями и высказываниями они описывают ситуацию, они осуждают, критикуют нас. В это время отдельные организации совершают акции по закрытию филиалов банков РФ — это ответная реакция, за этим следует усматривать усилия Ахметова, который хочет показать, что он достаточно сильная фигура, чтобы простить такие действия в отношении него.

— Как принималось решение взять под контроль украинские предприятия?

 — Решение передать под внешнее управление была спонтанным  и неожиданным. Хотя такая идея в воздухе висела уже давно. Но не было проделано никаких шагов, как это правильно сделать. И скрытые угрозы, которые присутствовали, никак не были предупреждены.

— О каких угрозах идет речь?

 — Одна из них — утеря баз данных предприятий, в том числе «Метинвеста», другая — перетягивание квалифицированного персонала этих предприятий на ту сторону. И это может парализовать процесс производства.

И самое главное: российская сторона сделала несколько заявлений о том, что готова оказывать нам содействие, но на самом деле это не так. Она не готова включиться в процесс достаточно быстро. Это вызывает вынужденный простой и бездействие коллективов предприятий, которые растеряны и  дезориентированы.

Кроме того, у определенного круга лиц есть желание распродать товарные остатки, которые лежат на складах металлургических предприятий. Речь идет о торговой продукции, которая была произведена, но не была вывезена с территории ДНР. Думаю, и с ЛНР то же самое, хотя там намного плачевнее ситуация, так как Алчевский металлургический завод стоит довольно давно.

— Что повлечет за собой эта распродажа?

 — Демпинговая распродажа остатков на перспективу невыгодна. Да, часть денег может пойти на поддержание трудового коллектива и понижение напряженности, но основная сумма может быть просто растащена по карманам. И мы в ПСД предполагаем, что такая вероятность очень высока. Мы выступаем за то, чтобы никакой распродажи не было. Кроме того, у нас есть информация, что Россия готова оказать материальное содействие при формировании схемы переориентации нашего промышленного комплекса на российское направление. Я считаю, что распродавать нужно не ранее, чем сюда зайдут первые эшелоны с рудой и ферросплавами, когда мы будем понимать, что предприятия запущены. Риск, что средства будут присвоены, тоже остается, но, тем не менее, тогда это будет не так страшно, потому что будут запущены предприятия и будут поступать инвестиции.

У нас и так  есть прецеденты, когда тщательно охраняемые производственные мощности вырезались и сдавались на металл, потому что кто-то не усмотрел перспектив в их будущем развитии, или потому что нужны были конкретные расходные средства. Мы продали нормальный производственный потенциал. Предприятия, которые были вырезаны до фундамента, пострадали не настолько сильно от боевых действий, чтобы их было невозможно восстановить.

— Так может распродажа и была целью «национализации»?

 — Нет, это не является ее целью, ведь речь идет не о распродаже мощностей, а о продаже остатков: мы оцениваем их в 30 млн долларов, если брать по демпинговым ценам. Это на 30% меньше, чем могло бы быть, но, тем не менее, сумма немаленькая. Но распродажа снизит темпы реализации более глобальной задачи — реанимирования экономики.

Мы уже ощутили, что в рамках замкнутой системы мы не идем к прогрессу. Несмотря на все сделанные заявления, реальное состояние экономики и уровня жизни оставляет желать лучшего. Перспективы экономической интеграции в РФ помогут вывести нас на уровень приближенный к российскому.  Эта перспектива уже наметилась, главное не дать возможности заснуть на боевом посту тем, кто готов удовлетвориться полумерами.

Все что от нас зависит,  стараемся делать. Мы — Патриотические силы Донбасса — находимся над ситуацией, мы не представляем ни один из кругов — ни российские, ни местные. Мы выступаем на стороне тех, кто может дать республике свежую экономику.

— Вы говорить об интеграции и ориентированности на экономику РФ, но не о присоединении ДНР к России. Правильно?

 — Мы понимаем, что если мы запустим экономику, это потянет и политические процессы. И даже если мы не станем частью России, то такая глубокая интеграция в РФ будет на 70% по факту присоединением к России. А российский контроль РФ за своими вложенными средствами повлечет за собой необходимость Москве брать под контроль местное самоуправление, не давать ему действовать на свое усмотрение. Это будет прообраз нашего присоединения к России, ведь неизбежно российские бюрократы зайдут во все сферы жизнедеятельности и будут выстраивать свою управленческую линию, как это происходит в Крыму. В перспективе это ожидает и нас.

— Что даст экономическая интеграция?

 — Кроме всего прочего, она может отразиться и на военной ситуации. Деньги любят тишину, поэтому если будут серьезные вложения, то все приложат максимум усилий, чтобы стабилизация наступила. Хотя это вопрос двоякий, потому что стабилизация это отказ от наших более широких планов. Но если РФ пока не готова говорить о политической поддержке и помощи в расширении наших территорий, то нам не остается ничего другого, как стремиться к стабилизации военной обстановки, потому что война ради войны никому не нужна.

— Как вы считаете, позитивно ли воспримут покушение на свои полномочия нынешние руководители ДНР?

 — Это удар для тех, кто не готов войти в систему, для тех, кто видели себя удельными князьями на отдельных территориях, так как они утратят контроль и будут вынуждены поделиться своими полномочиями. Естественно, мы ожидаем сопротивления на всех уровнях. Мы хотим, чтобы все, кто завязан в этих процессах, понимали, что все прозрачно и любые маневры в этой сфере будут достоянием гласности и нужно отвечать за свои слова и решения, их последствия.

Я думаю, будет скрытое противодействие на конкретном уровне, направленное на сохранение своего влияния, будет некое противодействие передаче управленческих функций представителям российского бизнеса. Ведь это не в интересах тех, кто на протяжении трех лет привыкли чувствовать себя хозяевами. Уверен, будет завуалированное от всех противостояние, которое может вылиться в неуспех наших благих начинаний. Все что сверстано сейчас, носит уродливый характер и нужно это переделывать. Например, между ДНР и ЛНР есть таможня.

— Выходит, что начатые процессы могут повлечь насильственную смену лидеров республик?

 — Как бы Россия и тот же Сурков не были недовольны Плотницким, его никто не снимает. Захарченко и Плотницкий — подписанты «Минска» и с ними будут нянчиться до последнего, пока «Минск» себя окончательно не исчерпал. И мы не стремимся к их снятию. Поэтому за свое положение глав государств они могут не переживать, в своих креслах они будут незыблемы. Но их слегка подрежут, обкорнают, поставят под контроль некоторые их действия, и они станут «прозрачными» — это давно назревавший вопрос.

— Если мы заговорили о Минских соглашениях, то как считаете, есть ли у них перспективы?

 — Сегодня ощущение такое, что «Минск» находится в стадии вырождения — мы не видим на его уровне никаких подвижек. Он не решает вопрос установления перемирия, блокады, обмена пленными, существуя только номинально. Но ситуация может измениться, когда изменится политическая конъюнктура. Когда это будет, мы не знаем. Но судя по углублению противоречий, вряд ли постулаты «Минска» могут быть реанимированы. Власти Украины откровенно игнорируют выполнение договоренностей, а если РФ возьмет под патронат нашу экономику, это будет противоречить Минским договоренностям. Это будет демонстративный шаг со стороны РФ, которая покажет, что надежды на «Минск» уже нет.

Беседовала Анна Громова, Донецк

По теме

Статьи

Новости

Все новости^

Погода

Москва: +11..+18, малооблачно
Санкт-Петербург: +9..+16, малооблачно