В мире

Чего боится Грибаускайте?

Последний год в политическом плане выдался непростым в странах Прибалтики. Больше всех «нервничает» Литва, для которой главной «угрозой» вдруг стала не Россия, а Белоруссия.

11:59, 14.06.2017 // Росбалт, В мире

Фото с сайта lrp.lt

Страны Прибалтики — Эстония, Латвия и Литва — традиционно являются «проблемным» регионом в плане отношений с Россией. Даже, наверное, более проблемным, чем Польша. При этом в политическом и медийном пространстве три прибалтийские страны ведут себя очень по-разному. Эстония флегматично занимается своими делами, Латвия бесконечно определяется со внутренней политикой (слишком велика в ней доля «неграждан» — русскоязычного меньшинства), а Литва последний год все больше скатывается в настоящую истерику. Причем эта истерика направлена уже не столько против России (Литва просто строит стену на границе), сколько против Белоруссии.

Ситуация складывается парадоксальная: с одной стороны, Литва видит в Белоруссии для себя прямую явную угрозу. По ряду причин — от регулярных масштабных российско-белорусских военных учений — и до строительства Белорусской АЭС на геологическом разломе на самой границе с Литвой. Но, с другой стороны, Литва в экономическом плане сильно зависит от Белоруссии — как от транзита белорусских грузов через свои порты, так и от множества белорусских покупателей, которые обеспечивают оборот розничной торговли Вильнюса.

Страхи Дали Грибаускайте

5 июня, в интервью телекомпании LRT перед своим визитом в Эстонию, президент Литвы Даля Грибаускайте сумела кратко изложить главные страхи политического руководства своей страны. По ее словам, главные вызовы и угрозы, стоящие сегодня перед Литвой, — это милитаризация Калининградской области, соседство с Белоруссией и Россией и «использование белорусской территории для агрессивных игр, направленных против Запада».

«Эстония, как и Латвия, а также Польша для нас очень важны, так как это восточная граница НАТО, поэтому вызовы и угрозы — те же. Это — нахождение России и Белоруссии у наших восточных границ, — сказала Грибаускайте. — Конечно, это и милитаризация, которую мы наблюдаем в Калининграде, использование территории Белоруссии для различных экспериментов и агрессивных игр, направленных против Запада. Среди них — и предстоящие военные учения „Запад-2017“».

Президент Литвы в интервью также сказала, что Вильнюсу и НАТО необходимо работать вместе. Грибаускайте также подчеркнула, что в 550 километрах от Таллина строится ненадежная БелАЭС, представляющая опасность для всей Европы.

Напомним, что учения серии «Запад» — самые масштабные из всех военных учений, проводимых совместно Россией и Белоруссией. В этом году они пройдут в сентябре, в них планируется задействовать порядка 10 тыс. белорусских и 3000 российских военнослужащих, более 280 единиц военной техники. Главный страх властей стран Балтии и Украины (а также белорусской оппозиции), что в этом году по окончании учений российские войска могут остаться в Белоруссии.

Также Даля Грибаускайте ранее не раз заявляла, что на российско-белорусских учениях отрабатывается подготовка двух стран к войне с Западом. Надо сказать, это не совсем беспочвенное высказывание. Хотя официально каждый раз легенда учений «борьба с терроризмом», но как минимум в 2009 и 2013 годах белорусские и российские части откровенно отрабатывали действия по захвату Варшавы и Вильнюса, включая высадку морских и воздушных десантов, а также действия с использованием тактического ядерного оружия.

На высказывание Дали Грибаускайте в Минске демонстративно обиделись. Уже 6 июня в МИД Белоруссии был вызван посол Литвы Андрус Пулокас: «В ходе состоявшейся встречи белорусская сторона потребовала объяснений в связи с обвинениями Белоруссии в угрозе для стран Балтии и Польши, прозвучавшими из уст главы литовского государства», — указывает пресс-служба ведомства. Также там отметили, что «использованная президентом Литвы лексика, включая слова „агрессивные игры“, является оскорблением для Белоруссии, ведущей миролюбивую политику».

Однако Вильнюс уже скатился в настоящую истерику. 7 июня литовское правительство назвало строительство Белорусской АЭС угрозой национальной безопасности. «Интересы национальной безопасности и людей — самые важные. Позиция Литвы по поводу БелАЭС четкая и принципиальная: строительство БелАЭС не может продолжаться. С самого начала это строительство сопровождается серьезными нарушениями и инцидентами, не соблюдались и до сих пор не соблюдаются ни требования ядерной безопасности, ни международные природоохранные требования», — заявил премьер Саулюс Сквярнялис.

А министр энергетики Жигимантас Вайчюнас призвал к введению эмбарго на поставки электроэнергии из Белоруссии — вплоть до физического отключения. В самом деле, проект БелАЭС — это второй большой страх как лично Дали Грибаускайте, так и всего литовского руководства. Строящаяся в Белоруссии за российские деньги атомная электростанция стала камнем преткновения в белорусско-литовских отношениях с самого начала, с тех пор как в качестве площадки для ее строительства был выбран город Островец, находящийся в полутора десятках километров от литовской границы и в сорока — от Вильнюса.

Впрочем, в самой Белоруссии, как в стране, более всех прочих пострадавшей от катастрофы в Чернобыле, отношение к строительству АЭС весьма неоднозначное. Да и сама стройка, мягко говоря, вызывает слишком много вопросов. Потому можно понять опасения Литвы, которая уже неоднократно пыталась (пока безуспешно) воздействовать на Белоруссию с целью воспрепятствовать строительству, ссылаясь на вопросы безопасности.

Однако даже «фактор АЭС», вслед за «фактором военных учений», можно назвать лишь «тактическим». Есть действительно «стратегический» вопрос, который всегда будет негласно и непублично стоять за отношениями Минска и Вильнюса, заставляя последний нервничать. Это — вопрос исторических претензий Белоруссии на сам Вильнюс и его окрестности. История этого региона Восточной Европы вообще крайне сложная — только за ХХ век власть в нем сменялась около 20 раз. Называть Вильнюс своим имеют основания и белорусы, и поляки. Но если для Польши Вильнюс — лишь один из уездных городов на потерянных «восточных территориях» (Kresy Wschodnie), то для белорусской элиты и национально-ориентированной интеллигенции — это духовная столица, культовый город, исторический символ «Золотого века» белорусской государственности.

Можно вспомнить, что в 1995 году националисты в белорусском парламенте выступали против вывода из страны ядерного оружия (последние ракеты покинули Белоруссию в 1996-м), мотивируя это тем, что с его помощью будет проще добиваться возвращения Вильнюса. С тех пор прошло более двух десятков лет, но националисты так и не отказались от территориальных претензий. Собственно, не только националисты — высказывания типа «Вільня наша!» и «Вярнуць Вільню» достаточно популярны в том числе и в молодежной среде.

Литовцы это хорошо чувствуют. Тем более что белорусы приезжают в Вильнюс как к себе домой — отдыхать на выходных, учиться и работать, женятся на литовках и «ассимилируют» их. В конце концов, Вильнюс ближе к Минску, чем любой из областных центров самой Белоруссии.

Принцип взаимности неприязни

Стоит заметить, что и Литва много чем раздражает официальный Минск. Пропаганда может сколько угодно твердить, что «Литва развалила промышленность» и что «литовцы уезжают на Запад по 100 человек в день». Но при этом средняя зарплата в Литве более чем в два раза выше белорусской ($850 против $370), ВВП на душу населения — значительно выше ($28413 против $17700), а вот цены на продукты и потребительские товары — ниже почти в два раза. Как такой нехороший парадокс объяснить своим гражданам, белорусские власти не знают.

Кроме того, после политических репрессий в Минске 1996—2001 годов Вильнюс стал не только прибежищем «новой волны» белорусской эмиграции, но и настоящей базой (и одновременно убежищем) для противостоящей Лукашенко демократической оппозиции. Эта открытая поддержка литовскими властями белорусских диссидентов вкупе с открыто проевропейской и пронатовской политикой Вильнюса лишь подогревают в белорусском руководстве ощущение «осажденной крепости».

Наконец, в прошлом году Госинспекция территориального планирования при Министерстве окружающей среды Литвы выдала Игналинской атомной электростанции разрешение на строительство приповерхностного могильника для радиоактивных отходов. Могильник расположится не далее, чем в двух километрах от белорусской границы в непосредственной близости от любимого курорта белорусов — Браславских озер.

Однако ирония судьбы в том, что в экономическом плане Литва очень сильно зависит от Белоруссии. Во-первых, Литва зарабатывает на транзите из соседней страны: в основном через порт в Клайпеде в Европу, Индию, Китай и Латинскую Америку поставляются белорусские нефтепродукты, химические волокна, калийные удобрения, тракторы, грузовики и металлопрокат. Для Литвы Белоруссия первый по важности партнер в логистическом бизнесе: доля белорусского грузопотока в общей структуре перевалки через Клайпедский порт составляет почти 40% и постоянно растет. Как говорит бывший посол Белоруссии в Вильнюсе Владимир Дражин, если Белоруссия прекратит поставки грузов через Клайпеду, потери Литвы составят более $3,5 млрд, а безработных станет больше на 15 тыс. человек.

Во-вторых, по данным самих литовцев, более 40% оборота вильнюсских магазинов «делают» покупатели из Белоруссии. (Минчане вообще считают автобусы Минск-Вильнюс «пригородными», они ходят каждые полчаса.) Соответственно, белорусы обеспечивают стабильно высокий спрос на продукцию литовского агросектора — литовские сыры, колбасы, мед и другие продукты крайне популярны в Минске. Не менее значительна и белорусская финансовая роль в литовской туриндустрии.

НАТО оказалось в заложниках

«Почему Минск возмущается словами президента Литвы? Военное партнерство Белоруссии с Россией (главным агрессором в регионе) — это не формальность. Белорусы участвуют в совместных военных учениях наступательного характера на границах с Литвой и Польшей, — говорит преподаватель Института международных отношений Вильнюсского университета Вицис Юрконис. — На территории Белоруссии присутствуют российские военные объекты. В Литве много раз задерживали белорусских шпионов. Не говоря уже про агрессивные высказывания Лукашенко в адрес соседних стран. Мы соседей не выбираем, но соседство иногда заставляет называть вещи своими именами».

В этой цитате эксперта — вся суть причин, которые заставляют не только Литву, но и другие страны Прибалтики прилагать максимум усилий, чтобы их членство в НАТО было не просто политической формальностью. Не только в Вильнюсе, но и в Киеве, и в Варшаве, и в Риге рассматривают Белоруссию как российский плацдарм. Действительно, при сегодняшней зависимости Белоруссии от России, при их тесном военном сотрудничестве, если наступит час «Х», Москва будет вести себя исходя из такого же видения ситуации. И сил сопротивляться напору с Востока у Минска будет немного.

Именно в этом подоплека желания Литвы/Латвии/Эстонии разместить на своих территориях хоть какие-то контингенты НАТО — пусть не постоянные базы, пусть на основе ротации, но лишь бы были! Фактически, солдаты стран НАТО — и прежде всего США — рассматриваются прибалтийскими политиками как своего рода заложники, «живой щит». В случае российской аннексии (напомним, с точки зрения прибалтов — это реальный сценарий) НАТОвские контингенты, конечно, военной роли не сыграют. Но гибель западных военных на территории стран Балтии автоматически приведет их в состояние войны с Россией.

«Литве нужно обратить на себя внимание более влиятельных союзников по НАТО. Это внимание будет тем больше, чем более прифронтовой страной будет восприниматься Литва, — указывает  политический обозреватель белорусского портала Tut.by Артем Шрайбман. — Это внимание важно не только по банальным соображениям получения военно-финансовой помощи. Но и потому что во времена, когда администрация Трампа самоустраняется из Европы, есть риск остаться с соседями один на один. Эмоции и раздраженность становятся нормой диалога с Минском. Они не дают и в вопросе безопасности пойти по прагматичному польско-украинскому пути общения с соседкой».

25 мая в Брюсселе состоялся очередной саммит НАТО, на котором не обошлось без заявлений о сдерживании России. Особенно в обсуждении «военной угрозы», исходящей от РФ и Белоруссии, преуспели Прибалтика и Польша. В переводе с дипломатического языка, заявления представителей стран Балтии на саммите звучали так: «Мы вступали в такое НАТО, которое обеспечивало бы коллективные гарантии безопасности. Мы боимся России и Белоруссии, дайте нам гарантии, что с нами ничего не случится».

«Лучший способ избежать критики и ответственности — это возложить ее на другого. Российская сторона говорит о провоцирующей военной активности, в том числе в рамках военных учений со стороны НАТО. То же самое делает натовская сторона и активисты в лице балтийских государств и Польши, — пишет на „Евразии эксперт“ заведующий отдела европейской безопасности Института Европы РАН Дмитрий Данилов. — Их программа состояла в том, что им необходимо постоянное американское присутствие на их территории. Пока оно ротационное. Чтобы закрепить существующие результаты в соответствии с принятыми решениями в Уэльсе и Варшаве, чтобы не было в дальнейшем сюрпризов, в том числе связанных с новой американской администрацией, тема возможной российской агрессии и раскручивается».

Ну, а что же на «другой стороне»? Буквально накануне, встречаясь в Минске с министрами обороны государств-членов ОДКБ, Александр Лукашенко заявил: при всем политическом давлении, которое сейчас Запад оказывает на Белоруссию, учения «Запад-2017» отменяться не будут. При этом Лукашенко отметил, что учения открыты для наблюдателей, в том числе стран Прибалтики и Польши. «Пусть смотрят на наши возможности», — резюмировал белорусский президент.

Денис Лавникевич
 

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

По теме

Статьи

Новости

Все новости^

Погода

Москва: +15..+27
Санкт-Петербург: +14..+23