eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В мире

Каспий поделят не поровну, а «по справедливости»?

Консенсус по статусу крупнейшего замкнутого водоема планеты принесет геополитическую победу России и пополнит казну других стран этого региона.

11:02, 15.12.2017 // Росбалт, В мире

Информация главы МИД РФ Сергея Лаврова, в соответствии с которой государства Каспия наконец-то сумели договориться о статусе моря, и проект соответствующей конвенции «фактически готов», позволяет надеяться, что спор длиною в двадцать с лишним лет близок к завершению — яблоко раздора съедено почти до конца. Разве что последний его кусочек оставлен на «десерт» главам каспийских государств, которые соберутся на будущий год в Астане и утвердят конвенцию, уже окрещенную «конституцией Каспия». Детали пока не разглашаются, однако уже известно, что каспийские государства согласовали самый важный вопрос — море будет поделено по секторальному принципу, причем «навсегда».

Напомним, Каспийское море является крупнейшим в мире замкнутым водоемом. Это самое большое бессточное озеро, но в силу очень больших размеров — площадь порядка 371 тысячи квадратных километров — классифицируется как море. В нем сосредоточена основная часть мировых запасов осетровых и других ценных видов рыб. Но главное, его прогнозные углеводородные ресурсы — нефть и газ — оцениваются в 18-20 миллиардов тонн условного топлива, то есть по запасам оно занимает второе место после Персидского залива. Согласно иранским источникам, здесь порядка 50 миллиардов баррелей нефти и около 260 триллионов кубических футов природного газа. Неудивительно, что на каспийский регион нацелено множество глаз и самых разнообразных, зачастую воинственных интересов.

В советское время около 83 процентов Каспийского моря принадлежало СССР, остальное — Ирану. С распадом «империи» у Каспия вместо двух появились пять хозяев — Россия, Иран, Азербайджан, Казахстан и Туркмения, и каждый претендует на свою долю. В вопросе, какой она должна быть, стороны торговались более 20 лет, провели 49 раундов переговоров, но «воз» с места не двигался, в основном, из-за Ирана, который настаивал на создании пяти равных секторов, то есть претендовал на 20 процентов моря. Туркменистан придерживался аналогичной политики.

Но, вероятно, интересы безопасности и возможность бесконфликтного пользования морем восторжествовали, и все пять государств Каспия сошлись на его делении по секторальному принципу. Более того, министр иностранных дел Ирана Мохаммад-Джавад Зариф подтвердил, что в перечне вопросов, согласованных прикаспийскими странами, — недопущение нахождения иностранных военных сил на Каспии. То есть, если конвенция будет утверждена, так называемых «внерегиональных игроков» на море не будет, чего добивались Россия и Иран. Флот первой, как известно, здесь доминирует, и он, на примере Сирии, уже продемонстрировал свои возможности. Причин подозревать Россию в том, что она может вступить в вооруженный конфликт с каспийскими соседями, пока нет, но они вряд ли рискнут реализовать на море проекты, ущемляющие интересы Москвы или угрожающие безопасности Каспия. А безопасность для него — вопрос первостепенной важности, поскольку регион находится вблизи горячих точек.

Словом, достижение консенсуса по конвенции можно считать большим прорывом, хотя документ еще не утвержден. Но наличие согласованного проекта «конституции» создает предпосылки к легитимации деятельности на Каспии, геополитический и геоэкономический интерес к которому стремительно возрастает. И не только в контексте углеводородного богатства, транспортно-логистических возможностей, но и с точки зрения столкновения интересов ведущих мировых держав.

Если концепция будет принята, транснациональным компаниям придется играть на Каспии по ее правилам. Одних это огорчит, но другие получат возможность работы с гарантированной защитой инвестиций, что привлечет в регион не только нефтегазовые корпорации, но и логистические компании. Тем более с учетом функционирования новой железной дороги Баку-Тбилиси-Карс с выходом на Европу и возможностей портов государств каспийского бассейна. Так что море это вполне может стать «морем сотрудничества», а не раздора.

Однако вряд ли кто с уверенностью полностью исключит возможность конфликтов между государствами Каспия. Предметом спора для начала вполне может стать строительство Транскаспийского трубопровода по дну моря — Туркмения давно вынашивает идею экспорта своего природного газа в Европу через Азербайджан, Грузию и Турцию, и речь идет о поставках 40 миллиардов кубометров топлива в год. Ашхабад основательно подготовился к строительству подводного трубопровода — уже обустроил на своей территории соответствующую наземную инфраструктуру. Но против выступают Россия и Иран — якобы из соображений экологической безопасности. И хотя после вступления конвенции в силу РФ лишится права голоса, Туркмении в этом вопросе придется считаться с Ираном и Азербайджаном. Скорее, от ИРИ она получит отказ, а планы Азербайджана прогнозировать сложно. С одной стороны, Туркмения может стать для него серьезным конкурентом в поставках газа в Европу, с другой — ему может не хватить собственного газа для заполнения Южно-Кавказского трубопровода, по которому планируется экспортировать 16 миллиардов кубометров топлива в Турцию транзитом через Грузию. 6 млрд предназначены для турецких нужд и 10 — для Европы. Кроме того, открытой еще остается проблема спорных месторождений, и от ее решения во многом зависят перспективы азербайджано-туркменских и ирано-азербайджанских отношений.

Тем не менее, договоренность по каспийской конвенции выгодна всем ее участникам. Россия и Иран удовлетворят свои геополитические интересы, а остальные три «игрока» — экономические амбиции.

Заметим, что в прошлом месяце премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, в аккурат к достижению предварительных договоренностей, уже подписал распоряжение об утверждении стратегии развития российских морских портов в Каспийском бассейне, а также железнодорожных и автомобильных подходов к ним до 2030 года.  То есть и Россией движет не только геополитический интерес, но и транспортно-логистический, с попыткой оттягивания грузов у конкурентов и привлечения их к российско-иранскому коридору Север — Юг. Впрочем, это тоже политика.

Азербайджану принятие конвенции сулит полноценную трансформацию в транспортный хаб каспийского региона — имея в виду, как минимум, наличие экспортных газо- и нефтепроводов, возможностей порта Баку и новой железной дороги до Турции. У него, напомним, уже существует договор о разделении морского дна с Россией и Казахстаном. Теперь на очереди Иран и Туркмения.

Полезна конвенция и для Казахстана, открывающая для него новые транспортные и транзитные возможности. Собственно, то же можно сказать и о других его соседях по морю.

В общем, благополучный исход с «конституцией» Каспия зависит сейчас от глав государств — «хозяев» моря.  Если каспийская канитель начнется заново, это надолго притормозит развитие региона, а, главное, решение вопросов его безопасности.

Ирина Джорбенадзе

По теме

Главное за сегодня


Статьи

Лучшее за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: -6°, облачно
Санкт-Петербург: -11°, облачно