eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В мире

Варшава — Киев: в поисках совместного будущего

«Волынскую резню» 1943 года обсудили на конференции в столице Украины. Но ни польские, ни местные участники были не готовы простить давние обиды.

19:48, 17.07.2018 // Росбалт, В мире

Фото с сайта president.pl

Солидная украинская газета «Деловая столица» на своей площадке провела на прошлой неделе конференцию «Украина и Польша: от холодного мира к развитию будущего». Главным ее гостем стала Надежда Коваль, руководитель Программы исследования стран Центральной Европы Дипломатической академии Украины. Сама конференция была приурочена к 75-летней годовщине трагических событий  — этнических чисток на Волыни. В Украине эти события называют «Волынская трагедия», в Польше — «Волынская резня».

Впрочем, тогда за массовым уничтожением этнических поляков последовали ответные  действия в отношении украинского населения. Именно поэтому историки и политики обеих стран оценивают те события кардинально по-разному.

Хотя сегодня Польша и Украина — очень важные и нужные друг для друга соседи, а также одни из основных торговых партнеров. Поэтому и в Киеве, и в Варшаве  ищут пути, как не завести двусторонние отношения в тупик и сделать так, чтобы проблемы истории и исторической памяти обсуждали в первую очередь ученые и  деятели культуры, подходя к теме взвешенно, не разжигая конфликтных настроений.

Поляки считают преступными Организацию украинских националистов и Украинскую повстанческую армию (запрещенные и в России), поэтому не принимают позицию украинской стороны на события 75-летней давности. В Польше  вызывает неприятие то, что в последние годы в Украине развился культ ОУН, УПА, Бандеры — формирований и лиц, которые поляки считают преступными.

«Порошенко в Сахрыни сказал, что вопрос должны решать историки. Это давняя украинская идея, но она не работает, потому что в Польше история является частью политики. И конкретно эта история в ней останется в ближайшее время, — подчеркнула Надежда Коваль. — У них есть обновленный закон об Институте национальной памяти, который говорит о преступлениях украинских националистов с 1925 по 1950 год. На этом контексте они формируют свою политику: откажитесь от своего прославления [ОУН и УПА] и признайте, что это преступные организации. И на этом мы сможем строить примирение».

Участники конференции констатировали: в последние десятилетия в отношениях Украины и Польши наблюдается большой прогресс. Тут идет речь, прежде всего, о практическом взаимодействии в сфере безопасности, противодействии «агрессии России» (ее в Польше и Украине понимают примерно одинаково), сотрудничестве на разных международных форумах и в организациях. Эта часть отношений развивается достаточно неплохо и динамично, говорят эксперты. Но то, что касается исторических вопросов, давно вышло за рамки профессионального диалога историков. Сейчас в двух странах это реально живая политическая дискуссия. Это проблема, которую активно эксплуатируют правые и ультраправые в Польше и Украине. История стала политической повесткой дня, и в этом плане за несколько последних лет ситуация зашла в глухой тупик.

Многим гражданам и Польши, и Украины хотелось бы разрешить разногласия  относительно Волынской трагедии, оставить ее в прошлом. Но не получается. «С 90-х годов создаются различные комиссии для исследования вопроса. Но на сейчас единственный результат, ими достигнутый, — фиксация расхождений. Проблема в том, что взгляды двух сторон абсолютно противоположные на природу того, что случилось. И сейчас они непримиримы», — говорит Надежда Коваль.

Дело в том, что поляки требуют от официального Киева публичных извинений за Волынскую трагедию. С 2012 года, когда польский парламент принял постановление о геноциде на Волыни, польская позиция состоит в том, что украинцы должны покаяться, признать его. Даже лозунг такой есть: «Давайте признаем правду». И уже на основании этой правды может быть примирение, говорят в Польше.

Понятно, что для любого украинского политика поступить так, как требует польская сторона, означает неминуемую «политическую смерть». Кроме того, украинские историки, в том числе местный Институт нацпамяти, обращают внимание на то, что убийства все же происходили с обеих сторон (хотя украинцев погибло значительно меньше). «Цифры, названные президентом Анджеем Дудой — 100 тыс. погибших поляков и 5 тыс. украинцев. Количество жертв среди польского населения очень приблизительное, а среди украинцев — сильно занижено», — считает Коваль.

Однако польская сторона, ориентируясь именно на эти цифры, сегодня отказывается урегулировать исторические отношения  по формуле «Прощаем и просим прощения». Хотя эта идея продвигается давно: Украина и Польша проводили общие мероприятия и исследования. «В 2003 году у нас были совместные мероприятия к годовщине этих событий. Были совместные заявления президентов, были попытки решить этот вопрос по этой формуле, — рассказала представитель дипакадемии Украины. — Но такая постановка вопроса не устраивала польскую сторону».

Пока попытки диалога и уступок с обеих сторон работают очень слабо, можно сказать, что Польша и Украина все еще находятся в «переходном» периоде в своих отношениях, несмотря на 25-летнее сближение. Хотя очень многие и в Польше, и Украине осознают важность этого процесса, учитывая «общий страх» перед Россией, неуверенность относительно будущего Европы и непредсказуемую политику США.

Кстати, о США. Несмотря на особо хорошие отношения с Вашингтоном, для Варшавы европейское сотрудничество все же остается на первом месте. Уровень еврооптимизма в Польше очень высок. Более 80% поляков считают, что членство в ЕС — «это очень хорошо, Польша от него только выиграла». Но при этом именно польские политики в наибольшей степени поднимают вопрос о том, что нужно учитывать суверенные права отдельных стран и что Польша имеет право, например, на свою независимую судебную власть. Одновременно Варшава отказывается принимать беженцев с Ближнего Востока и из Африки, мотивируя это тем, что в стране и так находится миллион беженцев из Украины.

В Украине же, по словам Надежды Коваль, раньше искренне верили, что с помощью Польши, как «адвоката» Киева в ЕС, страна также станет когда-нибудь членом Европейского Союза. Но тогда отношения были лучше, об исторических конфликтах вспоминали меньше. «Я не говорю, что это единственный фактор, но очень важный. Сейчас такого видения общего европейского будущего у нас нет. Оно есть на уровне общих лозунгов. Но саммит Украина-ЕС показал, что перспективы членства в ближайшем будущем нет», — резюмировала Коваль.

Михаил Петровский, Киев

P. S. Отметим, что на конференции позиция российских историков, состоящая в том, что украинские националисты во время войны были фактическими пособниками немецких оккупантов, воевавшими не с вермахтом, а Красной Армией и советскими партизанами, и вовсе не рассматривалась. То ли польская сторона не считает эту «деятельность» бандеровцев преступлением, то ли на фоне «геноцида» полагает, что это не стоящая внимания «мелочь».

По теме

Статьи

Новости

Все новости

Погода

Москва: 21°, ясно
Санкт-Петербург: 18°, ясно