eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В мире

На Украине требуются «старухи-процентщицы»

Обилие ломбардов и «казино» на родине Леонида Брежнева и в подобных ей провинциальных городах соседней с РФ страны — поражает воображение.

22:03, 09.11.2018 // Росбалт, В мире

Фото Валентина Коржа

Если вас случайно занесло на родину генсека Брежнева в бывший Днепродзержинск и вам уже довелось зайти в банки и другие кредитные заведения, а потом заглянуть в магазины «секонд-хэнд», то остальные дороги приведут либо в игорное заведение, либо в ломбард. Но, по логике, сначала в зал игровых автоматов, в ломбард идут уже потом, когда проиграна вся наличность.

Сначала об игромании. Казино, как и другие разновидности азартных игр, в Украине запретили в 2009-м. Но не победили. Сотни залов игровых автоматов под видом национальной лотереи и интернет-клубов работают в Каменском, как, впрочем, по всей стране. По скромным прикидкам некоторых экспертов, которые, правда, сложно проверить — мимо госбюджета проходят от 2 до 10 млрд гривен в год. Несложно догадаться, что оседают эти «ярды» в конкретных карманах конкретных лиц, наладивших и контролирующих процесс.

Сами, «нижние» участники бизнеса, зарабатывают куда меньше, чем те, кто его разрешил вести и объединил денежные потоки на вершине. А кто на самом верху? А кто его знает — бизнес ведь черный. В народе ходят слухи, что ручейки ведут к Арсению Яценюку, который, будучи премьер-министром, «проковырял» дыру в законе, позволяющую игровому бизнесу процветать. Но — то слухи. Ни один редактор местного издания не решится разматывать клубок расследования на своих страницах, даже если ему в руки попадут неопровержимые доказательства. Знает хорошо: в маленьком городе его ждет не вызов в суд за, допустим, обвинение в клевете, а примитивный «отрывбашки», сжигание автомобиля и угрозы жизни детей и близких. Парни из казино заигрывают только с посетителями своих заведений, у которых есть чем поживиться. И ни один начальник РОВД, при условии, что он не в схеме, не сможет справиться с проблемой — скорее, его самого «обезглавят», вместе с должностью и погонами.

Активисты-патриоты-националисты, известные своими правдоборческими порывами, тоже странным образом отворачиваются от многочисленных «лайт-казино». А что? Ведь они не наркотиками торгуют, им клиенты деньги добровольно отдают. Правда, однажды один из радикальных оппозиционеров признался в приватном разговоре: «Ты знаешь, там такие серьезные фигуры всплывают, когда копнешь глубже, что у нас пупок развяжется с ними воевать». Но бодро обещал, что как только они придут к власти — всех накажут, по-справедливости. Ждем ©.

У журналистов принято говорить, что игорный бизнес ушел в подполье. Однако подполье это какое-то уж очень неподпольное и, судя по всему, — чрезвычайно прибыльное. С чего такие выводы? Так вот ведь они — в практически каждом доме на центральных проспектах. В некоторых зданиях сразу по несколько. А ведь это самые дорогие помещения города. Если всем заведениям подобного рода придется свернуть свою деятельность, то арендодатели потеряют миллионы, и непонятно, кто и под какую разновидность бизнеса будет их арендовать в дальнейшем. Книжный магазинчик или даже милый ресторанчик — не тянут аренду в подобных местах: открываются, бодрятся какое-то время пестрой рекламой, а через годик, нажив долгов, — закрываются, ободрав вывеску и выставив в окно унылое слово крупными буквами — «Аренда». И только «Национальная лотерея» цветет и активно размножается.

Фото Валентина Коржа

В районах, отдаленных от центра, игровых залов меньше, но они есть в каждом оживленном месте и обязательно расположены на «красной линии». Лохотроны круглосуточно сверкают рекламой и косят «бабло» на больных людях. В насмешку над рестораторами и владельцами кофеен, в которых запретили курить, в «автоматах» на каждом столике стоит пепельница — кури, пожалуйста. Хочешь кофе? Хочешь чаю? Все будет, дорогой, сейчас принесем, только не отвлекайся от монитора — играй! Самое удивительное в этой схеме, что все знают — в игровые автоматы, не контролируемые специальной комиссией, ограничивающей процент дохода казино в компьютерных программах, — выиграть нельзя даже теоретически. Когда проблему обсуждают в обществе, то звучит тезис, взывающий к логике и разуму: ну ведь не может быть столько дураков! Оказывается — вполне себе может. Гораздо больше, чем это можно предположить. Иначе бы такому количеству подпольных мини-казино не было бы резона открываться. Или они закрывались бы, поработав какое-то короткое время. Но не закрываются.

И не стоит думать, что все посетители подобных игровых залов откровенно опустившиеся люди — нет. Очень часто можно видеть вполне прилично одетого человека, который после основной работы (достаточно престижной) приходит в казино, как на первую — типа во вторую смену. Игра затягивает настолько, что люди не могут справиться с зависимостью и порой идут на безумные поступки. Ну, например, проигрывают в несколько заходов семейную заначку на черный день, образовавшуюся после продажи тещиной квартиры. «Как же так получилось? — восклицают они однажды на рассвете, оставив себя и родных без денег и уныло теребя лысеющую макушку. — По моим расчетам, программа должна была вот-вот выдать мне выигрыш, покрывающий все затраты. Нужно найти у кого-нибудь взаймы и отыграться. Срочно!»

Хотя, с определенной периодичностью, какой-нибудь из зальчиков закрывают, составив протокол на подставного работника и описав десяток, заранее приготовленных, «убитых» муляжей компьютера. Подобные акции позволяют правоохранителям, городским властям и активистам-общественникам отчитаться об успешной борьбе со злом, местной прессе, принадлежащей какому-нибудь из олигархов второго эшелона, отписаться о позитиве в городе, а хозяевам игровых автоматов — открыться заново через неделю-другую, заплатив померный штраф или попросту под иной фамилией и вывеской.

С ломбардами все прозрачней, яснее и к ним нет такого предубеждения населения, как к игровым залам. Хотя и в восторг они мало кого приводят, навевая ассоциации с расставанием с материальными ценностями. Их в Каменском много, еще больше, чем мини-казино: на один зал с компьютеризированными «однорукими бандитами» — примерно три ломбарда. Тут внешне все просто: в стране есть люди с большими деньгами и хотят, чтобы эти деньги работали. Наняли специалистов, получили лицензию Минфина, заказали рекламу и вперед. Рабочие помещения куда меньше игровых залов — комнатушки, отдельчики, киоски, решетки, камеры наблюдения. Один охранник, один приемщик-оценщик. Хотя в связи с тем, что в последнее время некоторые процентщики стали всеядными и принимают в залог не только драгметаллы, а почти все, что имеет хоть какую-нибудь ликвидность — требуются более просторные схроны. Телевизоры, мониторы, телефоны, дрели, перфораторы, рыбацкие принадлежности, надувные лодки, холодильники, стиральные машины — все это нужно где-то складировать.

Фото Валентина Коржа

«Костяк» постоянной клиентуры — это проигравшиеся в казино и желающие отыграться, страждущие срочно опохмелиться, мечтающие о дозе наркоманы. Однако бывает, что и работяге до получки перехватить нужно — заложил обручалку, с зарплаты выкупил. А то и того грустнее: учительница крестик на золотой цепочке с шеи снимает — может отцу на лекарство, может маленькому сыну на завтрак не хватает. «Как-то мать постоянного клиента принесла иконку в серебряном окладе, — рассказывает Елена, работник ломбарда, — жалко ее было, сдавала семейную реликвию, чтобы сына-наркомана от полиции откупить. Поймали на воровстве. А он, сволочь, утром нам украденное и сдавал. Ну, по нашей части нарушений не было — он с документами телевизор принес, уж не знаю где он их взял. А потом мама его пришла. Горькая ирония».

Впрочем, в ломбарде часто можно купить хорошую вещь по низкой цене. Хозяин не выкупил, кредиторы реализуют, получив выгоду. Есть люди, ежедневно посещающие ломбарды — может смартфон какой хороший в продажу выставили, а то и ноутбук игровой в полцены отхватить можно. Целый свой мир увлечений, сродни нумизматике.

Также получают выгоду от клиентов казино и ломбардов таксисты, работающие по ночам. Проиграется какая-нибудь очередная жертва в пух и прах и хочет отыграться. Нужно смотаться домой, выволочь незаметно, прячась от спящей жены, телевизор из квартиры, или компьютер, свезти его в приемку — и снова в игре. Ненадолго, правда. Таксист помогает, ждет сколько нужно, что ему — счетчик тикает. Дольше эпопея с оценкой и процессом оформления — больше заработок. Хуже, когда в ломбарде клиенту отказывают принять вещь, вот тогда начинается цирк: платить за проезд нечем, играть охота, аж ломает. Умоляют поверить на слово, подождать до завтра, взять в залог чуть ли не швейцарские часы с китайскими иероглифами, бьются лбом о асфальт и целуют ноги. Иногда договариваются, иногда паспорт у должника отбирают — он у игромана всегда с собой, без него в ломбарде ссуду не дадут.

«Если получаем ночью заказ от диспетчера, с уточнением, что клиент будет ехать с плазмой или пылесосом, то сразу ясно — поедем в ломбард. Вот только потом, при посадке, вычисляем — игроман или наркоман, — делится местный таксист со стажем. — С последними без предоплаты не работаем, хотя и с предоплатой стараемся не связываться. Непредсказуемые люди».

Россиянам эти картины знакомы, борьба с казино у них началась чуть раньше и практически все приемы полуподпольного ведения игорного бизнеса, взятые на вооружение украинскими залами игровых автоматов, придуманы в российских столицах. Не знаю, как сейчас, но еще несколько лет назад практически на любой конечной станции метро Москвы можно было без труда найти зал с запрещенными играми под вывеской спортивного тотализатора. Вот только там суммы проигранного были значительно выше, в Каменском на десять тещиных квартир хватило бы!

Почти все самые массовые местные затеи осмотрели за три «прогулки». Осталось лишь зайти в аптеки, их тут еще больше, чем ломбардов, да в питейные заведения. Но это в следующий раз.

Валентин Корж, Днепр, Украина

Меньше слов — в нашем Instagram

По теме

Статьи

Новости

Все новости

Погода

Москва: 0°, пасмурно
Санкт-Петербург: -1°, пасмурно