eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Блогосфера

Везение кончилось, правление — нет

Восемнадцатилетие нахождения Путина у власти дает повод вспомнить, что удачи страны и удачи правителя — совсем не одно и то же. И что вечного успеха не бывает.

19:28, 08.08.2017 // Росбалт, Блогосфера

© Фото с сайта www.kremlin.ru

Не будем формалистами. Реальный отсчет нынешнего правления начался восемнадцать лет назад, 9 августа 1999-го, когда Борис Ельцин назначил Владимира Путина и. о. премьера и объявил своим преемником. С тех пор Путин — лицо российской власти, как бы ни называлась его должность.

Россияне, появившиеся на свет в тот самый день, празднуют сейчас совершеннолетие и станут первыми, рожденными при Путине, кому весной на избирательных участках предстоит увидеть в президентском бюллетене его фамилию.

А то, что она там будет, сомнений нет ни малейших. До щучьей ловли наивные или просто любящие привлекать к себе внимание эксперты еще могли судачить, что, мол, возможен сюрприз. Но историческая поимка тувинской щуки поставила на место всех любителей гадать там, где гадать не о чем. Весной 2018-го Владимир Путин в четвертый раз (а фактически в пятый — Медведев не в счет) станет главой России.

Признак ли это невероятного управленческого умения или, допустим, везучести?

Фактор везения отбрасывать ни в коем случае нельзя. Окажись, например, 1990-е эпохой дорогой нефти, о Ельцине вспоминали бы совершенно иначе. Если же обратиться к старым источникам, то римский правитель Сулла не зря приказал добавить к своему имени слово «Феликс» (счастливый, везучий). Для публики это было сообщение, что вовсе не таланты, а лишь исключительное и неизменное везение приносили вождю одну победу за другой. Это был отличный пиар-ход. Ведь всем понятно, что талант не каждый раз приносит успех, а вот с удачей не поспоришь. Судьба есть судьба.

Режим сужает периметр обороны Российские власти упрощают технику общения с подданными. Заставить или запугать — вот и все методы воздействия.

Путинская удачливость, можно сказать, вошла в поговорку. Но на разных этапах правления ее роль не была одинаковой, а в последние годы говорить о нем как о везучем правителе уже не приходится.

К концу президентства Бориса Ельцина в стране были два консенсуса. Один — публичный, другой — не подлежавший широкой огласке. Во-первых, почти все сходились на том, что новый глава государства должен подтянуть разболтавшуюся машину власти, даже и отобрав часть свобод. Во-вторых — но об этом толковали только в кабинетах — он должен был так или иначе происходить из спецслужб. Именно под этими знаменами и именно с таким багажом соревновались все тогдашние претенденты — Примаков, Степашин, Путин и еще один—два.

Главным тяжеловесом среди них выглядел Примаков, премьер-министр в 1998-м — 99-м. Он же откровеннее других обещал перемены — упразднение выборности должностных лиц, широко организованные посадки, удушение олигархов тогдашнего призыва, рост госрегулирования и прочие вещи, которые потом так пригодились.

Однако в итоге вторым президентом России стал Путин, который обещал то же самое в более обтекаемой, гибкой и современной манере. Победа Путина, человека менее известного и продвигаемого такими непопулярными фигурами, как Березовский, была результатом не только личных его умений, но и везения. Фортуна могла улыбнуться и другому, который делал бы потом примерно то же самое.

Второй удачей Путина был стремительный рост экономики, длившийся вплоть до 2008-го, а начавшийся примерно за полгода до его премьерства. Люди просто не сразу заметили, что дела налаживаются, и приписали успех новому вождю. Действительной причиной подъема было создание в 1990-е какой-никакой, но рыночной экономики, и дефолт 98-го, который развязал финансовые узлы. После этого надо было просто не мешать.

Как проели наследство жирных лет Говоря о снижении уровня жизни в России, надо помнить, что это упадок нового типа, пока еще далекий от того, что был лет двадцать назад.

На первых порах экономическая команда раннего Путина не только не мешала, но даже сумела кое-что рационализировать. Но к 2003 году на первые роли в ближнем круге вышли другие люди — желающие укомплектовать своими персонами новый олигархат. Не то чтобы страна горячо этого добивалась, но вождю опять фантастически повезло — именно тогда нефть круто пошла вверх и оставалась невероятно дорогой вплоть до середины 2014-го. Казалось, что отныне нефтедолларов хватит всем — и высшим, и низшим.

Удача улыбалась и на внешних фронтах. Об этом давно забыли, но Ельцин к концу своего правления перессорился буквально со всем миром. Путин — в ту пору молодой, энергичный и продвинутый — работал на контрасте.

Это были времена Шредера и Берлускони, Ширака и Саркози, Блэра и Буша. Почти к каждому можно было подобрать какой-то ключик, и Путин определенно пришел к выводу, что на Западе всегда будут править подобные люди и царить соответствующие правила решения всех вопросов. Позднее, когда прежние лидеры один за другим сошли с дистанции, навязчивой целью путинской дипломатии стал поиск других таких же. Фатальная неудача с Трампом — завершающий аккорд этой многолетней работы.

Вершиной успеха и везения для Путина стал последний год его второго президентства. Именно тогда, в 2007-м, заоблачные рейтинги популярности можно было принимать всерьез. В нем видели человека, который навел порядок, улучшил жизнь рядовых граждан и сказочно обогатил нерядовых. Его не отпускали, называли национальным лидером, предлагали махнуть рукой на правила и идти на третий срок. Медведевская интермедия задумывалась как перерыв, после которого праздник власти станет еще веселее.

От кого спасать русский капитализм Прогрессивные эксперты доказывают, что расхожие рецепты защиты бизнесменов от охранителей только увеличат страдания жертв. Но у наших феодалов своя рецептура.

А везение уже шло на убыль. С 2008-го хозяйственного роста почти не было. Путиномика, в общих чертах построенная в 2003-м — 2007-м, оказалась малоудачной моделью. Началось то, что сейчас называют «потерянным десятилетием». До поры проблемы заливали нефтедолларами, которых было по-прежнему невероятно много.

Желание заставить мир себя уважать, приносившее, казалось бы, все новые успехи, на самом деле порождало проблемы, которые до последнего умудрялись не замечать.

Я бы не стал преувеличивать запроектированность крымской и донбасской операций. Какие-то планы наступлений по всем азимутам составляются всегда, но не обязательно пускаются в ход. И только когда свержение Януковича стало неизбежным, машина заработала. Причем не в первый раз. Ведь были до этого Южная Осетия и Абхазия. А еще гораздо раньше — Приднестровье. И все как-то утрясалось.

Но через несколько месяцев стало ясно, что вокруг уже совсем не тот мир, в котором Путину было уютно и все события оборачивались в его пользу.

Можно довольно точно назвать время, когда легендарное его везение иссякло. Это середина 2014-го: разгар боев в Донбассе, гибель пассажирского «Боинга», западные санкции и начало падения нефтяного рынка.

Украина потеряла Крым и половину Донбасса, но не распалась, и развод с нею в будущих учебниках истории уж точно не будет поставлен в плюс главе России.

Как и разрыв с Западом, воспринимавшийся сначала как нечто несерьезное и могущее быть переигранным с помощью отработанных приемов. Приемы были применены, после чего нашу страну впервые за постсоветские десятилетия в США сейчас считают одним из главных врагов.

На пятый срок с пустыми руками Владимир Путин впервые идет к новому этапу своего правления, не владея инициативой и не посылая внятных сигналов ни народу, ни верхам.

К тому же необратимо подешевела нефть. Никакой связи с действиями Путина в этом нет. Просто тут тоже не повезло. Но уж если нефтедолларов мало, обращаться с народом приходится по-новому. Не до умасливаний.

Рейтинги, поставляемые опросными службами, больше ничего не говорят о народной любви. Если они вообще сообщают о чем-либо, так только о страхе сказать лишнее и опасении, как бы не стало еще хуже.

Путин сегодняшнего дня — вовсе не тот везунчик, каким был в первую половину правления. Вокруг него — два кольца проблем. Одни созданы за вторую половину его эпохи. А другие — это вернувшиеся прежние, те самые, которые он собирался победить, когда в 1999-м шел к кремлевскому креслу. Машина власти, так старательно вроде бы выстроенная по вертикали, на глазах теряет управление. И новый призыв олигархов ведет себя так же дерзко, как и их исчезнувшие предшественники.

И главное — народ больше не просит завинтить гайки. Особенно дети путинской эры, которые за последние месяцы преподносят один сюрприз за другим.

А вождь, пожалуй, устал. Все чаще толкует на отвлеченные темы со взрослыми и детьми, которые подают только приятные реплики. Поудить рыбку любил всегда, но и встречи с толпами просителей, которые клянчили всякую мелочь, ему тоже нравились — а сейчас, кажется, начинают раздражать.

Легко и приятно управлять державой, когда все получается. Другое дело, когда получаться перестает, и об этом начинаешь догадываться, как бы сладко ни пел хор блюдолизов. Но не бросать же? Придется править дальше.

Сергей Шелин

Статьи

Топ за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: -5°
Санкт-Петербург: 0°