eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Блогосфера

Иранская рокировка Ельцина

После рассекречивания архивов в США становится понятно, как Клинтону удалось добиться отказа Москвы от ядерной сделки с Тегераном.

20:54, 30.04.2018 // Росбалт, Блогосфера

© Стоп-кадр видео

Весной 1995 г. с группой официальных представителей России я принимала участие в работе конференции ООН по рассмотрению и продлению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Тогда у Москвы с американцами были единые цели: пролонгировать договор бессрочно без всяких условий и ограничений, на которых настаивало большинство участников форума, предлагая даже утвердить график поэтапного разоружения ядерных стран и уничтожения оружия массового поражения. Хотя работа конференции двигалась сложно, казалось, ничто не предвещало бури. Однако неожиданно нашу делегацию накрыло цунами: разразился международный скандал из-за утечки в США секретного протокола о ядерной российско-иранской сделке. Этот документ неофициально распространялся (уже в переводе на английский!) в кулуарах ООН и стал настоящим бестселлером.

Из него следовало, что Россия собирается построить для Ирана атомную станцию в Бушере, предложить свои легководные реакторы, поставлять для них ядерное топливо, возвести центрифужный завод, обучить иранских специалистов и т. д. Ежегодный объем поставок топлива в Иран оценивался тогда по этой сделке в 30 млн долларов. Общая стоимость контракта составила около 800 млн. Но власти России вместе с иранскими открещивались от этой бумаги, объявив ее, как сейчас сказали бы, фейком. Однако буквально через несколько дней, писала западная пресса, президент Клинтон на встрече в Москве с президентом Ельциным предъявил ему этот же документ. И Ельцин, никогда не отменяющий принятых ранее решений, вынужден был согласиться, что сделка «содержала компоненты для создания ядерного оружия», и заверить Клинтона и весь мир, что «мы решили исключить этот аспект из контракта». И исключили — не только этот. Как такое случилось и каков был механизм «поворота рек вспять», — тогда на этот вопрос невозможно было получить точный ответ. Обратная «рокировочка» тоже была засекречена.

Стратегическое расхождение Соединенные Штаты впервые на официальном уровне признали, что устремления Вашингтона и Москвы принципиально противоположны друг другу.

И вот почти через четверть века сотрудникам Американского архива национальной безопасности удалось, пользуясь законом о доступе к информации, рассекретить стенограммы переговоров Ельцина и Клинтона в Москве 10 мая 1995-го и в Галифаксе 17 июня того же года. (Частично «Росбалт» уже писал об их содержании в статье «Ельцин —Клинтону: подождите с НАТО до выборов».) Помимо всего прочего (расширение Альянса, подписание Москвой натовского документа «Партнерство ради мира», европейская безопасность, Томск-7, уничтожение ядерного оружия России по Договору СНВ-1, ратификация Договора СНВ-2, проблемы с Чечней), на этих встречах один на один очень предметно, заинтересованно и напористо с американской стороны обсуждался также и вопрос российско-иранских отношений.

Инициатором этой темы стал Ельцин. Первым делом Борис Николаевич экспрессивно доложил (это именно так и выглядит даже на бумаге) Клинтону: «Я хочу поговорить о наших отношениях с Ираном. Какие решения я принял буквально перед твоим визитом? В нашем контракте мы оставили на месте только поставку энерговырабатывающего оборудования для мирных целей. Мы отказали им (иранцам) во всем, что касается военных вопросов. Я хочу обозначить здесь четыре пункта: Первый — нет центрифуге — Nyet! (Именно так обозначено ельцинское «нет» в стенограмме — А. Я.) Второй — два бункера — Nyet! Третий — мы откажемся (еще «откажемся» — А.Я.) поставлять оружейные материалы. Четвертый — только мирный реактор будет поставлен». И перешел к саркастическим укорам: «Вы имеете ежегодно от торговли с Ираном 5, 6 млн долларов. Так что нам несложно это сделать… это же факт, что США, а не Россия, дали им все, что они хотели; вы вооружили Иран по первому классу (во времена шаха). Мы же даем им оборудование для мирных целей, для электростанции — и ни на йоту больше, — несмотря на то, что потеряем финансово…»

Завтра война? США пообещали силовой ответ на применение химического оружия в Сирии, причем в самое ближайшее время. В числе целей для удара могут оказаться российские военные объекты.

Клинтон заверяет Ельцина, что США сделают все, чтобы «минимизировать потери России» от отказа от сделки, более того, найти пути помочь восполнить их. И попутно заключает: »…Так что — нет центрифуги, нет военной технологии — об этом мы объявим сегодня». То есть об отмене российско-иранской сделки в части обогащения. Все детали, говорит он, будут решаться в комиссии Гор-Черномырдин. Ельцин соглашается: «Договорились». И протягивает руку Клинтону для рукопожатия — фиксируется и такая деталь.

Интересно, что тогда, в разгар скандала с российско-иранским ядерным протоколом, бывший заместитель директора МАГАТЭ Дэвид Фишер в интервью московскому журналу «Ядерный контроль» раскрыл американские секреты, заявив, «что именно США в 1976 году собирались передать в руки Ирану оружейный плутоний, — уже была готова сделка о строительстве АЭС, предназначенной для производства атомной энергии для Ирана и соседних стран, при поддержке США. Этот объект должен был, согласно задумке, поставлять плутоний на 23 запланированные шахом АЭС, а также в Турцию и другие соседние страны». Но никаких ссылок на документы бывший чиновник тогда не представил.

Сирию сообразили на троих Переговоры лидеров Турции, России и Ирана прошли на фоне слухов о намерении Трампа через полгода закончить сирийскую операцию США.

Спустя 30 лет, то есть в 2006-м, эти материалы были в США официально рассекречены. Оказалось, что в 1976 г. президент Джеральд Форд подписал документ о покупке Ираном американских ядерных реакторов и оборудования для получения плутония из отработанного топлива АЭС. Почти шесть миллиардов долларов — такова была общая сумма сделки. И речь шла — внимание! — именно о технологиях полного ядерного цикла. Несомненно, разговаривая с Ельциным, Клинтон знал об этой истории, однако на голубом глазу требовал от него запрета на поставки российского оружейного оборудования, устрашая возможными последствиями для России и для мира. То есть когда Америка сама собиралась заключать ядерную сделку с Ираном, это было нормально и безопасно. Впрочем, ничего нового.

Легко покончив с центрифугой и другими вооруженческими вопросами, президент США перешел к гражданскому реактору, который единственный и остался в иранском списке. Понимаешь, говорил «друг Билл», как раз накануне моего визита в Москву сенатор Дол и спикер Гингрич призвали урезать России гуманитарную помощь, если Иран получит этот реактор. «Но я не хочу наказывать Россию, используя нашу гуманитарную помощь, — успокаивал он, — …Мы снабдим тебя информацией», которая докажет, что любая кооперация с Ираном в ядерной сфере — это ошибка. (…) У нас есть данные спецслужб, доказывающие, что Иран пытается произвести ядерное оружие». Мол, даже реактор будет ему тоже в помощь для военной программы. И Клинтон вытаскивает из рукава эти «данные» — сразу на русском языке. Он снова настаивает, что не только военная часть, но и вся сделка, включая ядерный реактор, должна быть аннулирована.

Альянс стратегических соперников Реальный союз России, Ирана и Турции, руководители которых встречаются в Анкаре, вряд ли возможен, прогнозируют эксперты.

Интересно, что, как следует из анналов уже рассекреченной истории, еще в 1970-е годы иранский шах Пехлеви одобрил долгосрочную программу развития ядерной энергетики — он собирался построить с американской помощью 23 АЭС электромощностью более 20 тыс. МВт. И тогда США не беспокоила военная трансформация его ядерной программы. У шаха с Америкой была взаимная любовь. Но и на шаха бывает проруха: грянула революция, и любовь закончилась — к власти пришел антиамериканский режим. К тому времени ФРГ уже пять лет строила АЭС в Бушере, вложив в нее более пяти миллиардов марок. Но после смены режима американцы сделали все, чтобы ФРГ разорвала с их врагом выгодный контракт.

Тогда в 1995 г. Дэвид Фишер заявлял: клеймя Россию за сотрудничество с Тегераном в ядерной сфере, США «при этом буквально умоляют установить реактор точно такого же типа в Северную Корею, страну, которая нарушила гарантии МАГАТЭ и собиралась выйти из ДНЯО (и к тому времени уже вышла — А.Я.), уверяя весь мир, насколько легководный реактор безопасен с точки зрения ядерного нераспространения». Справедливости ради замечу, что такой реактор тоже нарабатывает некоторое количество плутония. А сами США продавали свои легководные реакторы в ЮАР, Японию, Южную Корею и т. д.

Зачем Израиль бомбил ядерный реактор в Сирии? Официальный Тель-Авив рассекретил операцию «Разрыв шаблона» по уничтожению атомного объекта в провинции Дейр-эз-Зор в 2007 году.

Тогда даже слепому было ясно, что в этой истории американский подход к российско-иранской сделке мотивирован не столько борьбой за нераспространение ядерного оружия, сколько стратегической целью — полная международная изоляция Тегерана и в конечном итоге ослабление и устранение радикального режима, недружественного Америке. (Не зря, видимо, некоторые политологи проводят аналогии с сегодняшними российско-американскими отношениями.)

Последним «торговым» аргументом Клинтона в пользу полного отказа от иранской сделки стали посулы Москве: «Когда мы первый раз встретились в Ванкувере, ты сказал, что вы хотите стать частью нео-CоCom (Coordinating Committee for Multilateral Export Controls — Координационный комитет по экспортному контролю — международная организация, созданная в 1949 г. для многостороннего контроля над экспортом в СССР и другие соцстраны — А.Я.). …Мне необходимы заверения, что упразднение военной части соглашения будет включать не только военные технологии, но и другие, указанные в списке, связанные с вооружениями. Если ты даешь мне такие уверения, то наши эксперты смогли бы быстро перейти к соглашению (по нео-CoCom)». На что Ельцин отвечает: «Ты их (уверения) получил. Я полностью согласен». Клинтон, не отходя от «кассы», тут же додавливает Бориса Николаевича, сразу давая ему распоряжения: «Если мы договариваемся, что это (российско-иранская сделка) может быть отменено до конца 1999 года, тогда Россия сможет стать полным членом СoСоm». Ельцин безропотно отвечает: «Я гарантирую это». Немая сцена: Клинтон протягивает руку для пожатия.

Скоро увидим другой Иран? Если в ИРИ не «зарубят» референдум по курсу госполитики, клерикальный режим либо укрепится, либо сменится умеренно-консервативным. Но внешних угроз это не снимет.

Давление на президента России закончилось ожидаемо: премьер Черномырдин по его поручению подписал с вице-президентом США Гором секретный меморандум о полном сворачивании военно-технического сотрудничества с Ираном после 31 декабря 1999 года. В канун того Нового года больной Ельцин покаялся перед «дорогими россиянами» за прегрешения и ушел на покой с главной задачей — «продление своей жизни». Неизвестно, что он испытывал, когда вскоре в США в пылу предвыборной президентской гонки обнародовали этот документ. Убытки для России от выполнения засекреченного меморандума составили несколько миллиардов долларов. Однако односторонняя его огласка в Вашингтоне дала новому президенту Путину законный повод отменить этот документ (Гор с Черномырдиным письменно обязывались не разглашать его содержание) и возобновить поставки вооружений Ирану, несмотря на мощную волну истерики, поднявшуюся в связи с этим в США.

Алла Ярошинская

Статьи

Топ за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: -5°
Санкт-Петербург: 0°