eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Москва

Провал века: почему в России нет социал-демократии

Россияне тяготеют к «государственной кормушке» и опеке, а вовсе не к тому, чтобы защищать свои интересы самим, считают эксперты.

13:26, 28.03.2021 // Росбалт, Москва

© СС0 Public Domain

Дебаты о том, получилась ли в нашей стране настоящая демократия, ведутся весьма активно, однако более узкий вопрос — о том, почему в постсоветской России не возымели поддержки идеи социал-демократии, особо не обсуждается.

Хотя, казалось бы, защита прав трудящихся, не в тоталитарном, а в молодом свободном государстве (пусть даже оно только строится) должна бы занять едва ли не первое место в повестке дня. Но не заняла. Была в начале 1990-х годов образована Социал-демократическая партия России (СДПР — первая, догорбачевская), но ничего не вышло, и сейчас ее вспоминают даже еще реже, чем, скажем, Демократическую партию России (ДПР) или Республиканскую (РПР). Что происходило все это время было с правами трудящихся, каждый помнит на своем опыте.

И вот, теперь группа интеллектуалов приступила к тяжелому разговору и на данную тему. Как посетовал модератор круглого стола, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН Константин Морозов, «даже анархисты и троцкисты возродились», а социал-демократы — нет (вообще-то, нужны ли кому-то особенно в РФ троцкисты и анархисты, даже если они и «возродились» на кухнях — вопрос спорный).

Россия-2021: упадок, о котором не рассказать Качество жизни у большинства сограждан сейчас ниже, чем в 2013-м — «последнем мирном году». Но сравнивать, похоже, скоро запретят.

Как отметил председатель СДПР в 1993-94 гг., а ныне председатель социал-демократической секции в партии «Яблоко» Анатолий Голов, «1990 год был мощным колебанием маятника: от псевдосоциалистического государства — прямо в дикий капитализм». Сначала широкие массы поверили, что «рынок все расставит на свои места», а потом круто разочаровались и в рынке, и в свободе. Так и в наши дни, по оценке Голова, «с одной стороны — радикальные либералы, с другой — имперцы». Но нет в нашей стране «нормального политического спектра западных государств».

«За эти 30 лет было не менее 20 попыток создать более-менее социал-демократическую организацию, — подтвердил сопредседатель профсоюза „Университетская солидарность“, заместитель министра труда в правительстве Егора Гайдара Павел Кудюкин. — Результаты близки к нулю».

Среди неблагоприятных факторов, Кудюкин выделил, например, то, что вышедшее из зарегулированного советского государства общество было «распыленным», граждане не умели создавать горизонтальных связей и организовываться без казенной помощи. Так и теперь, по его оценке, общественные настроения в РФ вроде бы «стихийно-левые», но это тяга к патернализму, к «государственной кормушке» и защите, а вовсе не к тому, чтобы защищать свои интересы самим.

А тем временем на Западе, как напомнил Кудюкин, социал-демократия сама все глубже погружалась в кризис, и «ее политика стала до степени неотличимости похожа на политику буржуазных партий». И что тогда ей было интересоваться?

Действительно, в современной РФ «социализм очень хорошо сочетается с консерватизмом и очень плохо — с демократией», — такое мнение высказал ведущий научный сотрудник ИНИОН Юрий Коргунюк. Он напомнил, что из российских партий, в Социнтерне состоит партия «Справедливая Россия», которая не только «поддержала поправки Путина», но еще и слилась с партией Захара Прилепина, окончательно обретя национал-консервативное и имперское лицо.

«Но и упрекнуть ее у меня язык не поворачивается, — заметил Коргунюк. — Она подстраивается под своего избирателя. У нас социал-демократии нужно примыкать либо к КПРФ, либо к „Яблоку“. И я не вижу пока перспектив, чтобы эта связь разорвалась».

О том же, чуть иными словами, говорил директор «Левада-центра» (организация признана иноагентом в России) Лев Гудков. «При опросах около 25-27% россиян называют себя именно социал-демократами, — рассказал социолог. — Но понимают под этим очень размытое представление о „социализме с человеческим лицом“. О некоем справедливом и честном государстве, которое бы заботилось о людях. Чуть больше свободы и заботы, чуть больше акцента на правовом государстве».

Голодное лето двадцать первого года Даже при Бараке Обаме россияне не жили так плохо, как при Джо Байдене.

А,в общем, по оценке социолога, население РФ в массе своей препоручает себя режиму. И практически никакого интереса к занятию политикой не проявляет. «Власть перехватила некоторые элементы и лозунги самых разных движений и соединила в эклектический агрегат», — отметил Гудков, констатируя, что данный «агрегат» пока работает довольно успешно. Никаких перспектив для социал-демократии Лев Гудков не видит — по крайней мере — под этим именем.

«На рубеже 1990-х годов общественная потребность в левом и социал-демократическом движении была очень высокой, — напомнила преподаватель Свободного университета Татьяна Ворожейкина. — Люди оказались без помощи, государство перестало играть какую-либо роль в воспроизводстве социальных отношений. Горбачев тоже хотел социал-демократии. Было стремление к самоуправлению на предприятиях. Кооперативы. И если бы удалось сформулировать внятную альтернативу, она могла бы сделать своим знаменем развитие капитализма снизу».

Исследовательница имела ввиду создание великого множества мелких предприятий, о чем тогда мечтали очень многие. В чем же главная беда? По мнению Ворожейкиной, «без реформы государства никаких шансов на социал-демократию не было», как и шансов и на сколько-нибудь нормальный либерализм. Правовое государство, независимый суд, защита собственности — ничего из этого создано не было, а без этого могло выйти только то, что вышло.

При этом Татьяна Ворожейкина, опираясь на свой опыт латиноамериканских исследований, подчеркнула, что преобразовать авторитарный режим в демократию можно только на основе союза интеллектуалов с рабочим движением, как это было в Испании, Бразилии и Польше. Хотя в современной Польше у власти правые популисты, Ворожейкина отметила, что «на последних выборах сформирована новая польская левая».

В заключение Константин Морозов с горечью говорил о том, что в современной России (как и в советской, вообще-то), начисто утрачена любовь интеллигенции к народу — ключевое и драгоценное качество полуторавековой русской интеллигенции, народников, меньшевиков и эсеров, изучением которых сам Морозов занимается профессионально. Профессор вспомнил, как в 1994 году ехал в электричке с корреспондентом «Общей газеты» и сочувственно слушал рассказы простых людей о том, как они выживают в новых условиях — а журналист смотрел на них, «как этнограф на дикие племена».

«Советская интеллигенция выбросила равноправие и народолюбие, — подчеркнул Морозов. — Я понимаю, почему: в условиях, когда на нее натравливали народ в течение многих десятилетий, говоря, что она „ничего тяжелее карандаша не поднимает“. А теперь мы питаемся правоконсервативными идеями — из всех утюгов!».

Леонид Смирнов

Статьи

Топ за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: +14°
Санкт-Петербург: +9°