eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Петербург

«Мы ценили свободу, пока получалось сводить концы с концами»

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АО «РС-БАЛТ» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АО «РС-БАЛТ». 18+

Независимо от государства искусство может жить только за счет новых схем, считает актриса Наталия Фиссон.

17:18, 22.08.2022 // Росбалт, Петербург

«Сегодня театр — дорогое удовольствие, он не может быть прибыльным».
© Фото — Татьяна Сидорова

Власти Петербурга объявили о материальной поддержке двадцати восьми негосударственных театров. Общая сумма не так уж и велика — менее 75 млн рублей. Причем счастливыми обладателями субсидий «на постановку и показ спектаклей» смогли стать далеко не все коллективы (в городе их почти семьдесят).

В то же время культурная столица остается единственным городом в России, где субсидирование частных театров в принципе закреплено в бюджете. А после пандемии, когда учреждения культуры просто не могли работать, любая сумма может стать «палочкой-выручалочкой» для небольших коллективов.

О том, насколько существенна государственная поддержка и что еще помогает выживать негосударственным театрам Петербурга, «Росбалту» рассказала заслуженная артистка России, художественный руководитель театра «Комик-трест» Наталия Фиссон.

Полностью беседу можно послушать в подкасте «Включите звук».

— Насколько существенна для негосударственных театров поддержка бюджетной субсидией?

— Честно говоря, я просто не представляю себе, как наш театр выжил бы без нее в нынешних условиях. И я думаю, что многие хорошие театры, не только наш, исчезли бы с карты города, не получив материальной поддержки. Хотя, в прежние годы субсидии получали то тридцать восемь театров, то сорок два. Жаль, что этот список сокращается.

«Собирать средства на благотворительность стало намного сложнее» Пожертвования на лечение детей сократились на треть, рассказала директор благотворительного фонда Юлия Божина.

Петербург интересен и известен не только государственными театрами. На международных и российских фестивалях все чаще получают разнообразные награды именно коллективы, не находящиеся на бюджетном финансировании. А сравнивать жизнь театров государственных и негосударственных просто нельзя. Мы работаем в малых формах, не имеем рекламных бюджетов и больших административных структур.

Причем выделяют субсидию таким образом: сначала не более 50% и только по закрытию проекта выплатят то, что осталось. Поэтому театр сначала вынужден вкладывать свои средства, не зная заранее ответа на вопрос, окажет ли город материальную поддержку.

Так мы ушли в минус в 2021 году, когда не получили субсидию на благотворительный проект «Театр доступная среда». Но поскольку «Комик-Трест» занимается им с 2008 года, было просто невозможно бросить наших подопечных — людей с ограничениями по интеллекту. Для них очень важно общение с обычными людьми, выступление перед зрителями нашего театра, а не только у себя в реабилитационном центре. И мы продолжали проект за свой счет.

— А гранты? Реально ли получать их негосударственным театрам?

— Очень сложная история, нужно потратить два месяца жизни, чтобы собрать документы на грант и качественно его оформить. И не факт, что в итоге вы получите средства! Когда вы пишете грант, весь театр должен встать и заниматься им. Или нужен отдельный человек, который будет специализироваться только на грантах.

— А может ли негосударственный театр сегодня существовать на самоокупаемости?

— Для меня таким примером выступает театр «КУКФО», который иногда выходит на самоокупаемость. Наверное, есть и другие примеры, но я не думаю, что кто-то может постоянно жить за счет выступлений. У нас это не получается вовсе. Сегодня театр — дорогое удовольствие, он не может быть прибыльным. И если в нынешних реалиях всех поставить на самоокупаемость, я боюсь, театров резко станет меньше.

Например, в нашем уникальном жанре от артиста требуется много дополнительных навыков (владения пластическими жарами, пантомимой, жонглированием, умением быстро сымпровизировать, поменять место в зависимости от ситуации со зрителем и так далее). Нельзя просто пригласить артиста из другой труппы, как это часто бывает в антрепризах. А если человек долго будет получать маленькую зарплату, он не выдержит и уйдет, что станет настоящей трагедией для театра.

— А куда подевались все спонсоры? Или коммерческим структурам выгодны лишь статусные вложения, и одно дело фигурировать на афишах академического театра, а совсем другое — помогать маленькому творческому коллективу?

«Театры должны работать, музыка — это тоже врачевание» Без зрителей петь невозможно — только с ними ощущаешь, что даришь тепло и музыку, уверена звезда мировой оперной сцены Хибла Герзмава.

— Совершенно верно. Быть спонсором БДТ, МДТ или Мариинского и помогать «Карлссон Хаусу» или «Комик-Тресту» — очень разные истории.

В начале золотых 2000-х нас поддерживали. Причем большинство спонсоров просили нигде не указывать их имена. То есть речь шла о настоящих меценатах.

В 2011 году город обещал подарить нам на 20-летие микроавтобус. А в итоге тогдашний председатель Комитета по культуре вынес на юбилейную сцену красивую и пустую золотую раму. Что это был за знак, мы так и не поняли. Но в покупку автобуса пришлось вложить свои деньги, и без помощи частных лиц мы бы не обошлись. Кроме того, наш художественный руководитель Вадим Фиссон сидел в инвалидной коляске, и именно спонсоры помогли переделать автобус для человека с физическими ограничениями.

— Есть ли у «Комик-Треста» свой дом?

— У нас есть собственная площадка. Однако сложность в том, что как-то переделать ее мы не можем — КУГИ выделил нам помещение в историческом здании. Хотя это все равно счастье, что в свое время мы успели собрать гигантскую сумму и отдать ее под аренду на несколько десятков лет. Для меня невероятно, как выкручиваются театры, арендующие помещения на коммерческих основаниях!

— Я так понимаю, что существует возможность соцнайма, но найти помещения, подходящие для театра на его условиях практически нереально.

— И наше помещение когда-то было сильно разрушено. Тогда нашлись люди, которые помогли с ремонтом. Жизнь театра — это ведь не только спектакли, не только творчество. Существует огромное количество организационных и бытовых вопросов. К сожалению, те люди, которые нам помогали, сегодня сами оказались в очень сложной экономической ситуации.

— Но, может быть, это плата за свободу? Вы вынуждены крутиться, но зато никто не навязывает вам, что и как делать.

— Я скажу так: раньше мы ценили свободу и понимали, за что бьемся. Но раньше у нас получалось сводить концы с концами. В последнее время это невероятно сложно. И «Комик-Трест» еще с 2011 года вел разговоры с комитетом, чтобы стать государственным. Но нам всегда отвечали, что это практически нереально.

Мы предлагали и другую схему — объединение театров в арт-резиденции, творческие союзы. Чтобы скоромные маленькие театры не существовали отдельно, и коллективы, связанные жанрово, можно было бы посадить под одну крышу. Было бы всем выгодно: общая сцена, общие репетиционные помещения, помещения для хранения. Театры играют свои спектакли в очередь, и каждому из них не нужно содержать свою административную структуру, она общая для всего объединения.

Такие примеры есть на Западе. Мы несколько лет назад обсуждали это с Комитетом по культуре, с разными его председателями. И Бурову, и Панкратову идея нравилась, но реализовать ее оказалось невозможно юридически.

«Артисты играют под пулями невидимого врага» Работа во время блокады — это подвиг. А сегодня мы играем в русскую рулетку, считает директор Театра музкомедии Юрий Шварцкопф.

— Все учреждения культуры пострадали от пандемии. После вынужденного простоя театральный рынок восстановился?

— Нет, что-то нарушилось после пандемии. Сначала все бросились в театр, а потом произошел отток зрителя. Теперь мы живем в каком-то новом мире. Причем мне кажется, что это началось задолго до пандемии: с 11 сентября, когда падали небоскребы. И дело не только в политике. Нам нужно пересматривать многие вещи, в том числе экономические и культурные аспекты.

Вот мы вошли в систему уличных театров. И только теперь на практике узнаем, как такой театр организовать технически и художественно. Или еще пример: одним из самых популярных у нас стал спектакль в стиле квартирника «Опа, вечеринка». Там в финале зрители оказываются вместе с артистами за столом, так же, как раньше ленинградцы собирались на коммунальных кухнях. Собрать же публику на привычный клоунский спектакль сейчас очень сложно…

И я завидую молодым, которые выросли в новые времена. У них на ровном месте получаются фантастические вещи. Например, на Лиговском проспекте две молодые девчонки с нуля создали театр, поставили свой спектакль и каким-то образом выкручиваются, собирают зрителей.

Есть творческое пространство на канале Грибоедова, организатор которого ухитряется содержать зал на 25 мест, потому что соседнюю комнату сдала под магазинчик, а фойе под «кофе с собой». Театр живет на средства от этой аренды-субаренды, и там проходят хорошие спектакли.

Это все примеры совершенно фантастического подхода, когда искусство живет за счет новых схем. Оно не сильно зависит от государства, но сводит концы с концами.

Беседовал Антон Гарнов

Подписывайтесь на канал Росбалта в Дзене

Статьи

Топ за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: -5°
Санкт-Петербург: -6°