eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

Реакция

Алексей Макаркин. Реабилитация доносов

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

17:15, 06.08.2022 // Росбалт, Реакция

Вводная картинка
© FreeImages.com Content License

Было интересно (хотя и весьма неприятно) наблюдать, как в нулевые годы в ходе дискуссий в Рунете происходила реабилитация доносов. Тогда этот вопрос рассматривался преимущественно в историческом и теоретическом ракурсах, а сейчас перешел в практическую фазу.

Вначале происходило сужение понятия доноса. Из него стали исключаться публичные заявления — несмотря на то, что в Древнем Риме доносчик (delator) был именно публичной фигурой, официальным обвинителем, рассчитывавшим на часть конфискованного имущества своей жертвы. Именно таких хорошо известных тогдашнему обществу доносчиков император Траян приказал посадить на наскоро сколоченные корабли и отдать «на волю бурь», как писал Плиний Младший. Такое сужение понятия доноса приводило к фактической реабилитации символа доносительства — Павлика Морозова, который открыто дал показания против отца.

Затем следовала другая неформальная реабилитация — уже тайных доносчиков, которые сообщали достоверную информацию. Здесь приводилось несколько аргументов.

Первый — сравнение с Западом, где соседи могут проинформировать власти о нарушителе установленного порядка, действующем вопреки общественным интересам (при этом происходило смешение разных сюжетов, когда людям может угрожать штраф — в одном случае, и реальный срок — а при Сталине и расстрел — в другом).

Второй аргумент был следствием травмы 90-х, когда люди стали чаще верить в достоверность фантастических обвинений («раз Ельцин отдал Украину, почему Бухарин не мог это же планировать»).

Третий аргумент — от Железной кнопки (помните такого персонажа из фильма «Чучело»?) — о непримиримости ко всему тому, что можно считать предательством или склонностью к оному. Мол, пожалел рассказчика антисоветских анекдотов в 37-м — а кто гарантирует, что тот не выстрелит в спину или не сбежит из окопа в 41-м.

Таким образом понятие общественно осуждаемого доноса стало в этих дискуссиях максимально сужаться — до тайного заведомо ложного доноса, который является уголовным преступлением и противоречит государственным интересам.

Впрочем, можно отметить, что дискуссии эти в основном велись среди советских образованных людей, интересующихся общественными темами (и мечтающих о реванше в разных формах — от геополитического до культурного). Если же брать более широкие слои населения, то там в сортах доносчиков не очень разбираются, большого интереса к теме не проявляют, но по старой памяти стараются держаться подальше от известных им господ искариотовых.

Алексей Макаркин, политолог — для Telegram-канала Bunin&Co

Подпишитесь на нас в Яндекс.Новости

Топ за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: +22°
Санкт-Петербург: +22°