eye best_1 best_2 best_3 best_4 best_5 doubledot dot

В мире

Война между США и Ираном пока отменяется

Двум странам удалось уйти от вооруженного столкновения, и близкий к Ближнему Востоку Кавказ избежал больших неприятностей. Но о хороших перспективах говорить рано.

18:59, 09.01.2020 // Росбалт, В мире

CC0

Стремительная изменчивость ситуации в конфликте США и Ирана вроде как в сторону позитива может обнадежить только наивного. Да, Тегеран заявил о «завершении мести» за убийство американцами одного из самых влиятельных людей ИРИ, генерала Корпуса стражей Исламской революции Касема Сулеймани, а президент США Дональд Трамп в своем обращении к нации сообщил, что Вашингтон ограничится введением против Ирана новых санкций (каких именно — не уточняется), и продолжит политику давления. А постпред США при ООН Келли Крафт известила Совет безопасности этой организации о том, что ее страна готова к переговорам с Тегераном без предварительных условий.

Но «расшифровывая» заявления сторон, можно сделать следующие выводы: Иран к войне с США не готов, однако говоря о завершении мести, он лукавит, потому как его ракетные удары по размещенной в Ираке американской авиабазе, на которой дислоцированы и силы антитеррористической коалиции, были символическими и вовсе не похожими на восточную месть. Никто не погиб, хотя объекту нанесен материальный ущерб.

Это означает, что Тегеран ответил всего лишь, так сказать, политически, в предварительном порядке, и «возмездие» еще впереди. А «великодушное» приглашение американцев к переговорам после всего, что они наворотили с Ираном, включая выход из ядерной сделки (СВПД) и много чего еще, настроив против себя даже сильнейшие европейские страны, говорит о том, что в политическом и военном истеблишменте США царит полный хаос. И согласованной стратегии и тактики по Ирану в помине нет. Но ситуацию, то есть Трампа, надо как-то спасать: он ведет избирательную кампанию, успеху которой сильно помешает поступление большого количества «груза 200» с Ближнего Востока.

В общем, этому региону и его ближайшему соседу — Южному Кавказу, пока удалось избежать очень больших неприятностей, однако назвать ситуацию более или менее стабильной — нельзя. И она ухудшится, если Трамп задержится в Овальном кабинете еще на один срок. Напомним, выждав некоторое время после выхода США из ядерной сделки, Иран отказался от «последнего ключевого ограничения, касающегося количества центрифуг», и, в принципе, заявил, что теперь он волен распоряжаться своей ядерной программой сам. При этом Тегеран не намерен прекращать сотрудничество с МАГАТЭ, и в случае снятия санкций против него может вернуться к выполнению своих обязательств по уже развалившемуся СВПД.

Но Трамп на попятную наверняка не пойдет — не зря же он поносил Барака Обаму!  И если останется президентом, заведет старую музыку. То есть опасность войны пока сохраняется, а, значит, угроза дестабилизации обстановки в Грузии, Армении, Азербайджане, на российском Северном Кавказе — вплоть до прокси-столкновений и активизации международного терроризма на их территории — тоже.

Речь, в первую очередь, идет об Азербайджане как о ближайшем соседе Ирана, но, в то же время, и союзнике Израиля на Южном Кавказе. Давно и упорно ходят слухи о наличии в АР американской и израильской военной инфраструктуры, хотя официальный Баку неоднократно категорически их опровергал. Кто же так старается на информационной «ниве», пытаясь убедить Иран в том, что удар по нему будет нанесен с территории Азербайджана? А усердствуют, преимущественно, авторитетные американские СМИ, и далее информация тиражируется другими. Создается впечатление, что Вашингтон и Тель-Авив умышленно вбивают клин в очень не простые, но все же налаживающиеся отношения Баку и Тегерана, во многом завязанные на России.

Словом, сказать наверняка, как на самом деле обстоят дела, сложно. Напомним, военной доктриной Азербайджана размещение на территории республики военных баз третьих стран не предусмотрено. Надо думать, президент АР Ильхам Алиев достаточно прагматичен, чтобы не допустить огромного потока иранских беженцев в свою страну и ответных ударов по ней из Ирана — при таком развитии событий энергетическая стратегия Баку и его нефтегазовые и иные проекты будут уничтожены, а геополитическая роль, независимая репутация попросту сведутся к нулю.

Отметим также, что сегодня никто не владеет точной информацией, каким вооружением на самом деле располагает Иран. Известно одно — не хилым: в рейтинге Global Firepower Вооруженные силы ИРИ занимают 14-е место в мире. И если на данном этапе она не располагает ядерным оружием (а, похоже, так оно и есть, в противном случае американцы воздержались бы от убийства генерала и бесконечных угроз в адрес Исламской Республики), то после истории с Сулеймани Тегеран ускорит его разработку. Поспособствует этому и призыв Трампа ко всем участникам ядерного соглашения поскорее из него выйти.   

Рассматривая апокалипсический сценарий — войны между Ираном и США — в контексте его проецирования на Южный Кавказ и, в частности, на Азербайджан, логичным видится разгул террористических группировок в регионе — их «спящие ячейки» непременно «пробудятся». А это большой вызов для России, граничащей с Грузией и Азербайджаном, выходящей, как и АР и ИРИ, на Каспий, а также для Турции — стратегического партнера Баку и ближайшего соседа Армении,  Грузии и самого Ирана. Кроме того, война в регионе сильно помешает Анкаре в нанесении ударов по курдам. И, что самое главное, уничтожением современного Ирана извне (изнутри не получилось) дело не закончится, поскольку Тегеран — лишь большая ставка в большой игре США, пытающихся создать пояс войны с охватом Ближнего Востока, Кавказа, Центральной Азии — до границ с Китаем. А это далеко не тот сценарий, который может устроить Анкару.

Если война все же грянет, «спрятаться» от нее не удастся и Армении, хотя она и защищена членством в ОДКБ и российским ядерным «зонтиком». В Армению тоже потекут беженцы из Ирана, и для такой бедной страны это станет гуманитарной катастрофой. Но и политической — тоже: у Еревана хорошие отношения с Тегераном, хотя в то же время она рвется к Вашингтону, который пока не слишком в него верит, но, так сказать, в «час икс» может и «прозреть»: поставить армян перед жестким выбором. Разумеется, не в военном плане (это невозможно в условиях членства Армении в ОДКБ и дислокации на ее территории российской военной базы), а в торгово-экономическом и гуманитарном. Усидеть на двух стульях Еревану вряд ли удастся. Кроме того, если военные действия все же начнутся, полублокадной Армении останется всего одно «окно» во внешний мир — посредством Грузии.

Последняя, однако, тоже не избежит наплыва беженцев из ИРИ через Азербайджан и Армению. Но более всего пострадают эти две последние страны, поскольку в Иране большая диаспора армян, и еще большая — азербайджанцев.  И еще одна «слабая точка» Армении: если американцы начнут бомбить Иран и, как это им свойственно, «промахнутся», то могут попасть, например, в Мецаморскую атомную электростанцию. А это уже настоящая катастрофа для всего Южного Кавказа и его ближайших соседей.

Ситуация с Ираном опасна и с точки зрения перспектив урегулирования карабахского конфликта — он приобретает новое «звучание». Есть опасения, что конфликт в общей суматохе может быть разморожен со стороны Азербайджана — Армения к новой войне с ним не готова, и тут многое будет зависеть от России. С другой стороны, в столь сложной ситуации на Ближнем Востоке Азербайджану может быть совсем не до Карабаха и Армении — другие угрозы и вызовы сильнее, чем искушение вернуть свои земли в обстановке, не контролируемой Баку.

А бесконтрольность в случае возможных военных операций в иранском направлении усилится неизбежным наплывом боевиков в регион под видом беженцев и, как было сказано выше, «пробуждением» террористических ячеек в государствах Южного Кавказа (менее всего это касается Армении), а также российского Северного Кавказа. Так что проблемы есть и у Москвы — не только с точки зрения безопасности российских границ, но и проведения собственных интересов на Южном Кавказе и в ареале Каспия, куда рвутся американцы. Собственно, они рвутся повсюду, где много нефти и газа. Поэтому все новые и новые вызовы появляются и у государств Центральной Азии.

Так что сейчас задача Москвы — любыми возможными средствами не дать конфликту разрастись, и, не исключено, она на данном этапе приложила к этому руку. Собственно, такая же задача стоит и перед Китаем — Центральная Азия входит в сферу и его повышенного интереса. Сегодня, несколько выждав, МИД Китая сделало заявление, в соответствии с которым  Пекин «готов усиливать стратегическое взаимодействие с Россией, сообща защищать международную справедливость и региональный мир, играть конструктивную роль в урегулировании имеющейся ситуации на Ближнем Востоке». Внешнеполитическое ведомство также подчеркнуло, что позиции Китая и России, касающиеся важных международных и региональных вопросов, «схожи в высокой степени».

Но вернемся к собственно Южному Кавказу, которому необходимо, в заданной ситуации, соблюсти нейтралитет. Скорее всего, инстинкт самосохранения сработает и у Баку, и у Тбилиси, и у Еревана. Но сохранение нейтралитета — нелегкое дело, когда одни сильно повязаны с Россией и Турцией, другие — с Западом, а третьи подгребают под себя самые разные стулья.

И теперь крайне важно — случится прямая война между Ираном и США или нет — не допустить прокси-столкновений на территории государств Южного Кавказа, в которых, без сомнения, активны спецслужбы и Ирана, и США, и Израиля. Для стран региона ирано-американский военный или другой серьезный раздрай может стать хорошим поводом для проявления независимого «характера», который из трех республик ЮК пока пытается демонстрировать, и небезуспешно, только Азербайджан.

Ирина Джорбенадзе

Статьи

Лучшее за неделю


Новости

Все новости

Погода

Москва: 2°
Санкт-Петербург: 1°